Потому и не спрашивала. Слишком больно, когда рушатся надежды. – Гнома тоже, дом был совершенно пустой. Зато твоя няня передавала тебе приглашение в гости. Алмазы прочесывают провинцию, но сдается мне, Милохор Гвун прочно залег на дно.
Надо быть сильной. Вдох-выдох… Вот так. Не плачем.
Убедившись, что я не бьюсь в истерике, Ран еще раз пообещал, что, если маму возможно найти, ее обязательно найдут, и стал подниматься к себе. Он выглядел из рук вон плохо и… запах гнилого мяса стал сильнее.
И все ради меня.
Не уверена, что вообще стою всего этого.
Лестница была пройдена до середины, когда Веоран остановился и облокотился на перила.
– Соня? – Его взгляд пробирал до мурашек.
– А?
– Я тоже тебя люблю.
Теперь щеки вообще запылали.
– Да я вообще не это имела в виду!
То есть не совсем это. Или это, но… Ох-х-х!
– А я – это, – не пошел на попятную маг. – Понятия не имею, сколько времени у меня осталось, но его точно уже нельзя терять.
Разве может?
Или у него бред?
Узнать это возможности не представилось. Ран, пошатываясь, продолжил свой путь и скоро совсем скрылся из виду.
Ночью драконица в очередной раз решила показать, как хорошо им было с Ривером, и подсунула мне сны. Но усталость оказалась настолько сильна, что сознание никак не могло зацепиться за конкретный образ. В итоге я то парила в воздухе, ощущая рядом движения мощных крыльев, то гуляла по лесу рука об руку с невероятно красивым красноволосым мужчиной, а на голове у меня был венок из бледно-розовых цветов.
"Ругала драконью часть себя я как-то без энтузиазма. Не потому, что не хотелось, просто… Стоило выпасть в темноту реальности, внутри все сжалось от страха за мага.