- Да ничего, - отмахнулась Мина, - наверное, я просто старею, - раньше я бы никогда не позволила себе расплакаться при людях.
- Знаешь, - сказала Эрта, - со мной было то же самое, когда я встретила Ульриха. До этого я не плакала никогда. У меня не было достаточных нужных эмоций. Может и у тебя так.
- Достаточные эмоции это хорошо или плохо – спросила Мина.
- Сверхэмоциональность – это эмпатия. Но, чтобы она не причиняла боли, нужна сверхрациональность. Они стабилизируют друг друга. – объяснила Эрта, - иначе эмпат погибает или сходит с ума.
"- Значит эмпатия это не очень хорошо, - решила Мина, - и зря я к ней стремилась.
- Неотлаженная и не проверенная медиками и учеными – абсолютно точно нехорошо, - подтвердила Эрта. - Но есть один вид эмпатии, который есть у многих-многих людей даже здесь. Это любовь. И пока ты любишь – частично ты можешь чувствовать чувства своего любимого человека и передавать ему свои чувства. А больно бывает от нее потому, что люди еще немодифицированы и надо помнить о рациональности.
- Я сейчас скажу тебе ужасную вещь, Мина… - прошептала Эрта, - но может быть вам завести ребенка от Эрика? – он же до сих пор не против переспать с тобой. Спроси Шера.
- Шер предложил сирот. Это вроде бы как его предложение и похоже, что как будто это дети от него – попробуем сначала так, - сквозь слезы улыбнулась Мина
Потом они попрощались, и слуги проводили Мину домой.
Несколько дней Мина хозяйничала в дома одна. А потом, к ночи, появился Шер и привел двух грязных волчат. На вид 3 и 5 лет. Они были темненькие. Это очень обрадовало Мину. Похожие на Шера.
- Привет, - ласково сказала она, - я очень люблю детей. Вы знаете дом Гретель? Это мой дом. Но сама я не могу иметь детей. А мне очень хочется. Если у вас есть родители, мы отведем вас к ним, если нет, то я очень прошу вас остаться со мной и моим мужем.
- В доме Гретель умерла наша мама, - сказала трехлетняя девочка, с застывшими, как у умалишенной глазами, - там ее забили до смерти.
- И она не успела нам сказать кто наш отец – зло выдохнул 5-летний мальчик, буравя Мину глазами, полными ненависти.
- Ну вот, - выдохнула Мина со слезами, выступающими на глазах, - теперь мне с ними никак не подружиться. Их мать убила Берта. Она давно уволена, но ведь им не объяснишь, что я, нынешняя владелица Дома Гретель, не виновата в смерти их матери.