Две секты, принимавшие участие в турнире, принесли по три медальона. В том плане – что каждый, кто выступал от секты, принес ровно три.
Минимум, который требовался, для прохождения в следующий этап. Может для кого-то это и выглядело обычным совпадением, но не для Хаджара.
Нейросеть мгновенно подсчитала вероятность подобного стечения обстоятельств. И эта самая вероятность застыла на отметке меньше, чем в три процента.
А значит, от сектантов, как и от неизвестных гениев, можно было точно так же – ожидать всего, чего угодно.
Истину говорили в столице, что настоящий Турнир начнется только с четвертого испытания.
– Рад объявить, достопочтенные претенденты, что в следующий тур, который мы начнем через неделю, проходит ровно восемьсот восемьдесят адептов. Остальным, кто уцелел, я желаю удачи на вашем пути развития. Уже один тот факт, что вы так далеко зашли в Турнире Двенадцати, показывает вас, как стоящих на самой высоте силы молодого поколения.
Ушедшие из рядов адептов несколько тысяч адептов проводили аплодисментами.
– Вам же, прошедшие в четвертый тур, я так же желаю удачи, – ректор ударил тростью о землю и десяток судей пошел по рядам. Они выдавали уже знакомые всем талисманы с номерами. Да уж – организаторы особым воображением не отличались. Четвертый тур оказался точной копией второго. – Правила вы уже знаете. Начиная с четвертого тура мы будем проводить дуэли до тех пор, пока не останется только один победитель.
С этими словами ректор попросту растаял в воздухе. Его техника перемещения не выглядела такой же доминирующей и могучей, как Божественная белая молния Оруна, да породит он тухлую медузу. Нет, это была эфмерной и иллюзорной, но мертвецом окажется тот, кто позволит себе заблуждаться на счет силы ректора.
Хаджар погладил шрам на правой руке.
Вряд ли он хоть когда-нибудь забудет вечер, когда на Гору Ненастий пришел ректор школы “Святого Неба”.
– Пойдемте, – предложил Эйнен.
Отряд направился в сторону столицы, но не успели они сделать и несколько шагов, как с неба прямо перед ними опустилась лодка. И все бы в этом небольшом суденышке ничего, но вот герб на единственном парусе мгновенно привлек всеобщее внимание.
А как иначе.