Оказавшись внутри огненного потока, я повернулся к врагу и выставил перед собой руки. Об огне за моей спиной позаботится любимая жена и друзья. Моя же задача — остановить поток!
Сарнитские дебри…Тяжело… Всё-таки сильный Гуру — страшный противник.
Я выпустил жи́ву… она затрещала, оборачиваясь молнией и усиливаясь альтерой ….
Поток пламени передо мной начал таять.
Отлично!
— Что ты делаешь? — услышал я резкий голос Волынского.
Пламя передо мной, закрывавшее обзор, исчезло, и я увидел любопытную картину.
На шее Волынского было затянуто водяное лассо, другой конец которого держал в руках невысокий худощавый мужчина. Фигурой и юношеским лицом этот мужчина уж точно не походил на бравого бойца. Однако им он и являлся. Обычно жи́ва — энергия жизни, сначала напитывает тело своего носителя, а затем начинает накапливаться в энергоканалах. Поэтому осветлённые высоких рангов, как правило, имеют атлетическое телосложение. Но иногда жи́ва отчасти игнорирует тело — кости и мышечную массу, сразу устремляясь в энергоканалы.
— А что ты делаешь, Михаил? — сухо спросил обладатель скромной внешности и атрибута «вода», сдавливая кольцо на шее Министра обороны. — Первым атаковал другого гостя на приёме. А потом исподтишка атаковал случайных зрителей. Хотя… Не очень-то случайных. Скажи, ты хотел убить княгиню Енисейскую? Или же всё-таки носительницу крови Рюрика? Очень подозрительно, Михаил, ввиду последних слухов.
— Что ты несёшь, Пётр?! — прорычал Волынский, глядя в лицо своего пленителя — Петра Алексеевича Шереметева.
Перед Волынским замерли Арвин и Андрей Оболенский.
— Я лишь комментирую то, что вижу, — ровным тоном ответил Шереметев. — На данный момент её сиятельство княгиня Енисейская — наиболее близкая родственница Его Величества за территорией Московского Кремля. И если гнусные слухи правдивы… Если бы мы говорили об обычном аристократическом роде, Софья Ивановна стала бы главной наследницей имущества рода.