Они тогда вместе с деревом в ручей ухнули.
– И с тех пор ты никого другого не приговорила? – недоверчиво уточнил учитель.
– Нет, – практически извинилась девушка, пожав плечами. – Мне проще, если рассердилась, сразу в глаз дать, чем целенаправленно желать гадостей. Учиться раньше декан Гад не советовал, нужно было подождать, чтобы сформировались какие-то каналы силы.
Сатана негромко рассмеялся и прищелкнул когтями:
– Мастер Гадерикалинерос был абсолютно прав. Что ж, у тебя нетипичный для девушки, но идеальный для приговорщика склад характера.
– Скажите, а чего-нибудь хорошее я могу «приговорить» друзьям? – первым делом уточнила Янка.
– Увы, талант приговорщика – это дар, курируемый Силами Правосудия из Двадцати и Одной, он предназначен исключительно для наказания. То есть твое пожелание благ друзьям может осуществиться лишь в том случае, если сами друзья и Силы Правосудия одновременно сочтут его карой.
– Понятно, – понурилась девушка. Не выгорело! А так хотелось помочь напарникам!
– Что ж, давай для начала поговорим о том, как ты ощущаешь в себе действие силы приговора.
Девушка непонимающе нахмурилась. Преподаватель вздохнул, возвел черные очи к потолку, изучил плафон вполне заурядной лампы-артефакта и почти миролюбиво предложил:
– Опиши свои ощущения до момента формулировки проклятия.
– Такие же, как при заполнении энергией листа Игиды.
– Гм, – покивал Сейата Фэро и, подавшись к ученице, с воодушевлением принялся объяснять тонкости владения редким талантом:"
"– Главные составляющие хорошего приговора – точность и краткость формулировки.