Мы верно исполняем свой долг, защищаем мир и покой в Галактике. Но только соединившись со своей лайе воин-кхар получает способность испытывать эмоции.
Это благодарность нам и награда. А так же наше проклятье.
35. Карина
Я потерла виски. То, что говорил Киан, не укладывалось у меня в голове. Очуметь, как они там живут?
Если я возмущалась, критикуя Координационный Комитет Муравейника, создавший закон о принудительном размножении землян, то традиции кхаров вызвали у меня культурный шок. Вроде, развитая цивилизация, в космос летают на дальние расстояния, а социальный строй как у древних спартанцев с пчелиным роем!
Жить в такой атмосфере, а тем более рожать детей, я даже не собираюсь.
Его фраза насчет того, что он не может управлять мною, придала мне немного уверенности.
Когда он замолчал, я тоже не стала ничего говорить. Просто сидела и разглядывала его потухшие глаза и опущенные вниз уголки губ, ожидая, что будет дальше.
Этот разговор не доставил ему удовольствия. Для его расы унизительно сознавать, что их создали в лаборатории, научили спариваться и убивать, но не дали возможности любить.
Он сказал, что история его народа насчитывает десять тысяч лет. Природа не терпит пустоты. Может быть, у холодных машин для убийства зародились чувства?
Между тем, во мне проснулся ученый и уже потирал сухонькие лапки. Киан необыкновенно интересный объект. Впервые в жизни я видела продукт генной инженерии, могла потрогать его и попробовать на вкус. А при воспоминании о том, что он вытворял со мной на полу, у меня в животе все сладко сжималось.
«Извращенка», – хихикнула в голове истерическая мыслишка и умчалась, оставив меня изумленно хлопать ресницами.
– Я бы хотела взять твою кровь на анализ, – проговорила я, следя за реакцией Донато.
– Зачем тебе это? – насторожился он.
– Ну, хотя бы ради интереса. У себя дома я получила высшее образование, даже не одно. С медициной, конечно, близко не знакома, но основы знаю. Хочу выяснить, насколько кхары отличаются от землян.
– Кого?
– Это родное название моей планеты. Земля.