Антон ловко вёл огромную машину, избегая появившееся впереди разломы в земле, а когда гвардейцы завопили от радости, что остались в живых, повернул танк к воротам.
— Десять, девять, восемь…
— Вот она, парни, — произнёс Магнус Экхард, встав по стойке “смирно”, сняв принцепскую фуражку и держа её у груди.
— Пять, четыре, три…
— Прощайте, друзья.
— Один.
Плазменный реактор “Тираннус Максимуса” взорвался с силой небольшого солнца. Титан исчез в испаряющем шаре белого света, который расширяясь поглотил уничтожающим сиянием схваченного гарганта.
Фабрику захлестнул неистовый шторм ядерного огня. Всё началось с взрыва атомного устройства — им же и закончилось. Крошечную технику и обгоревшие трупы швырнуло на дрожащие стены кратера. Всё исчезло в адском пекле — шпили собора, высокие краны, титаны — всё.
Почерневший похожий на голову шлем с горящими глазами вылетел из эпицентра адского пламени. За ним тянулся огненный шлейф, как за кометой. Он поднялся на два километра над пустыней, пепельными пустошами и разорённой войной планетой, достиг высшей точки, и понёсся вниз под действием силы тяжести.
База-мануфактура была полностью уничтожена.
Эпилог
Почтим мёртвых
Закатное солнце было таким же красным, как злобный глаз богохульного Великого Зверя Газкулла Маг Урук Траки. Оно проглядывало в светившихся оранжевым небесах между клубящимися облаками нефтехимических пожаров. На стенах рифтовой долины плясали фиолетовые тени, пепельный песок, который засыпал охряную равнину, испещрили розовые прожилки.
Выжившие в битве за кратер имперцы собрались под защитой грозных скал. Астартес и гвардейцы встали неровным полукругом вокруг возвышавшегося гигантского шлема — глаза в нём выгорели и превратились в чёрные провалы — головы “Тираннус Максимуса”. Здесь упала командная рубка титана.