— Готовы, — ответил Ансгар.
— Мы ждём твоего благословления, брат-капеллан, — подтвердил Вольфрам, крепко сжав крозиус, — дабы мы могли отправиться в битву и, если нашей земной жизни придёт конец, с чистыми душами предстать перед Императором.
— Тогда приступаем. Во имя Императора… — начал нараспев произносить Уго.
Храмовники услышали скрип и лязг на пороге часовни и обернулись к затянутому дымом ладана входу в святилище флагмана.
Шаги двухтонного дредноута грохотали о каменные плиты пола и эхом отражались от затянутого дымкой свода.
Он был как минимум в два раза выше брата-ветерана Кемена, самого высокого из космических десантников истребительной команды. Корпус дредноута был выкован из бронированного адамантия. Саркофаг, в котором находились органические останки Джерольда, украшал крест Храмовников с черепом momento mori в центре, казавшийся ещё уместнее, если принять во внимание судьбу храброго брата.
Истинно называют дредноутов воплощением смерти. Одной огромной рукой бронированного тела служил роботизированный силовой кулак. Второй, заменённая тяжёлая штурмовая пушка.
Прошлую штурмовую пушку уничтожил орочий “бомбер” во время первой миссии Храмовников на разорённом войной Армагеддоне. В битве за кальдеру отважному брату пришлось положиться на лазерное орудие “Часового”, которое подсоединил к древней почтенной броне опытный техник гвардейцев.
Дредноут украшал железный венец с шипами — символ невероятной храбрости, проявленной Джерольдом в бою, благодаря которой он заслужил, чтобы его бренные останки погребли внутри древней машины.
Ансгар задумался о том, что же пробудило дредноут из стазисного сна в специальном зале в глубинах “Божественной Ярости”.