Спешно лавируя между вентиляционными отверстиями, антеннами связи и разбитыми стеклянными куполами, сверкавшими в тусклом звёздном свете, который пробивался сквозь гидрокарбонные облака, кружившие над экватором, солдаты пробрались через восточное крыло к центральному зданию базы. Орки на сторожевых постах не могли заметить совершавших безумный рывок по крыше имперцев без прожекторов. В ночном мраке они выглядели тенями на чёрном как смоль здании.
Ночь разорвал рёв крупнокалиберного орудия. Коул прижался к крыше.
Подняв взгляд, он увидел всего в десяти метрах силуэт на фоне насыщенного ультрамаринового неба — армокритовый выступ. Осталось совсем немного, прежде чем они проникнут внутрь базы.
Послышался унылый гул, и растущая сфера взрыва поднялась в небо над парапетом здания.
— Какого чёрта происходит? — раздался сзади шёпот Вандеркампа. — Это не одна из моих штуковин.
Коул вытянул шею, чтобы узнать, что происходит перед входом в комплекс.
Одна из наблюдательных пулемётных вышек горела и, выглянув за парапет, он стал свидетелем, как объятые пламенем зелёнокожие спрыгивают с неё и падают на землю. Другие ксеносы у ворот оказались под шквальным огнём со стороны реки.
Сержант Бориско оказался прав. Это не были обычные дикие орки. Судя по оружию и броне, это оказался более развитый подвид зелёнокожих — скорее всего с другой планеты, а не появившиеся из спор в джунглях.
Но и враг, с которым они столкнулись, тоже был далеко не прост. Пробившие металлические ксено-глифы на воротах снаряды похоже выпустили из штурмовой пушки. По заросшей тропе приближалось что-то огромное и лязгающее. С блестящего чёрного корпуса, отражавшего вспышки стволов и взрывы, падали водоросли.
К Арно присоединились Эрц, Бориско и Вандеркамп.
— Что это? — прошипел Эрц.
— Я бы назвал это отвлекающим манёвром, — предположил Вандеркамп.
— Согласен, — произнёс Павле. — Так что не будем терять время и проберёмся внутрь, пока нас не обнаружили.
На фоне раннего утреннего неба на разбитом куполе могли заметить зачёсанные назад на голове прутья Пангора Юмы. Добравшись до усеянного разбитым стеклом края купола, Кобург бросил в темноту моток верёвки. За ним спустились и остальные.