Космического десантника подключили к примитивному контрольному устройству при помощи переплетения пластековых контактов и пучков электродов. Монитор ауспика из бесцветного металла и тусклой меди, похоже, сняли с оборудования Адептус Механикус.
Казалось, что всё, на что он оставался способен так это поднять голову и посмотреть на Ансгара, выглядел он ужасно.
— Слёзы Солемна, — изумился чемпион. Несмотря на всё пережитое за годы службы Адептус Астартес вид хирургически запытанного брата потряс и ужаснул его.
— Я уже почти лишился надежды, что меня найдут живым, — неразборчиво произнёс изрезанный человек.
— Я тебя знаю, брат? — спросил Ансгар, неспособный узнать космического десантника из-за изуродованного лица и надтреснутого голоса.
— Во имя примарха, сомневаюсь, — откашлялся несчастный. — Не сейчас. — Астартес снова замолчал, отхаркивая кровавый комок из лёгких. — Я — точнее тот, кем я был — апотекарий Кольбер из батальной роты кастеляна Герхарда.
— Меч Сигизмунда! — выдохнул чемпион. Его поиски завершились, его случайно принесли в место, где он узнал о судьбе пропавшей роты. — Кто-нибудь ещё остался в живых?
— Остался, — тихо ответил Кольбер, снова опустив голову, — и я скорбел бы по ним, если бы мог. Но сейчас они мертвы, а их трупы осквернены мерзким врагом, который здесь хозяйничает.
Разум Ансгара отказывался поверить в произошедшее. Какой-то трусливый ксенос с грязными когтями совершил такое с братом Солемнского крестового похода.
Но с другой стороны подобное богохульство со стороны зелёнокожих не должно удивлять, особенно если вспомнить, что они сделали с его родным миром. Это стало ещё одной причиной, почему всех ксеносов надлежало истребить до последнего.
— Где мы? — спросил он, решив сменить тему.
— Похоже, это бывшая база Адептус Механикус под управление Дивизио Биологис. Я видел на стенах caducal helix и лозунг disposito divinus ex corporeus! — Мрачно рассмеялся израненный апотекарий. — Зелёнокожие посмеялись здесь над этим благородным чувством. Божественный порядок вне плоти.