Я соскакиваю с кровати, не обращая внимания на то, как сильно трясутся руки, и бросаюсь к двери.
– Серьезно? – раздается довольный голос Брук. – Побежишь за ней? И как ты объяснишь ей все это, сладкий?
Охваченный яростью, я резко разворачиваюсь к ней.
– Клянусь богом, женщина, если ты не уберешься из моей комнаты ко всем чертям, я сам вышвырну тебя отсюда.
Папа всегда говорил, что мужчина, поднявший руку на женщину, опускается ниже некуда. И я никогда не ударил ни одну женщину. У меня и желания такого не возникало до тех пор, пока я не познакомился с Брук Дэвидсон.
Она не обращает никакого внимания на мою угрозу и продолжает дразнить, высказывая вслух все мои страхи.
– Что ты ей наврешь? Что ни разу и пальцем меня не тронул? Что никогда не хотел меня? Интересно, как поступит твоя девушка, когда узнает, что ты трахал подружку своего папочки? Думаешь, после этого ты будешь ей нужен?
Я смотрю в пустой дверной проем. Из комнаты Эллы раздаются приглушенные звуки. Мне хочется пулей промчаться через коридор к ней, но я не могу.
– Выметайся, – я выплескиваю на Брук все свое раздражение.
– А ты не хочешь узнать пол ребеночка?
– Нет. Не хочу.
Я всматриваюсь в ее стройное обнаженное тело и вижу, что живот чуть-чуть выдается.
Но ребенок не от меня.
Возможно, отца, но, черт, точно не мой.
Я рывком распахиваю дверь и выбегаю из комнаты.
– Элла!
Не знаю, что буду говорить ей, но это все же лучше, чем молчать. Я до сих проклинаю себя, что сидел как парализованный. Боже, какой я кретин!
Я останавливаюсь у двери в спальню Эллы.
"Я бросаюсь к парадной двери, забыв, что она закрыта, а когда мне удается ее открыть, Эллы уже и след простыл. Она, наверное, неслась отсюда на всех парах. Вот дерьмо!
Каменный пол под ногами заставляет вспомнить, что на мне лишь джинсы.