Атомный поезд

Перекроют магистраль, поезда остановятся, пассажиры, правда, кричат, ругаются: «Мы-то при чём?!» Но… Тут каждый за себя. Безвинных пассажиров помаринуют, срочные грузы застопорят, все графики поломают, зато глядишь — нашлись денежки-то, начали погашать задолженность!

Васька на опору залез, стал плакат привязывать. Сидят шахтёры на рельсах, ждут первого поезда. Вокруг милиционеры бродят: и местные, поселковые, и из транспортного отделения. Их никто не боится: если начнут стаскивать кого-то с рельсов, в него все вокруг вцепятся и не отпустят, могут даже оттолкнуть аккуратненько стража порядка.

Милиционеры ведь тоже разные бывают… Эти мирные, не опасные. Кто сутулый, кто с животиком, кто уже в возрасте, вон капитан вспотевшую лысину вытирает. Они ничего сотне шахтёров не сделают. А вот если привезут других — поджарых, мускулистых, в касках, да ещё со щитами и дубинками — тогда дело плохо! Вмиг всех разгонят, зачинщиков поскручивают да в свои автобусы запихнут! За десять минут освободят пути, деблокируют, значит, на их языке, да уедут восвояси. А шахтёрам потом — кому штрафы платить, кому в кутузке сидеть, кому синяки и шишки лечить. Это хорошо, если без вывихов и переломов обойдётся. Начальник транспортного отделения майор Казаков в очередной раз связался с Управлением в Тиходонске, доложил обстановку. А в ответ услышал:"

"— Только что у нас проследовал литерный. Обеспечьте его беспрепятственное прохождение через заблокированный участок.

— Да вы что?! — заорал майор. — Как я обеспечу?! У вас что, уши позакладывало?!

— Чего скандалишь, Петрович, — миролюбиво сказал дежурный. — Я тебе только передаю распоряжение руководства.

— Да пусть сами едут и посмотрят, что здесь происходит! У меня ни сил, ни средств нет, чтобы такую толпу разогнать!

— Луховицын уже выехал, сам Тарасов тоже собирается. А ты пока обеспечивай. Такой приказ!

Багровый от злости, майор Казаков уже в который раз подошёл к толпе.

— Ну сколько вам можно объяснять — освободите пути! Из Тиходонска важный поезд вышел, его задерживать нельзя! Ну что мне, ОМОН вызывать?

— На кого ОМОН? — заголосила тётя Варя.

 — На меня ОМОН? Вы лучше на цыганей ОМОН натравите, что наркотой торгуют! А я трёх детей вырастила, никто в тюрьму не попал!

Шахтёры возбуждённо загудели. Хотя само слово ОМОН произвело неприятное впечатление, но словам в России особого значения не придают. Не то что палке.