Вот где пригодился бы батискаф класса «Краба» или хотя бы «Марлина».
Ступин кивнул, снова соглашаясь с Бариновым.
Беспилотники пошли на второй заход.
– Мы уточнили кое-какие параметры, товарищ капитан, – доложил Зайцев. – Внутри купола очень большие полости, но самое главное – сигнал дробится, да и температура воды там выше придонной градусов на пятнадцать.
– Говорю же, это искусственное сооружение! – подхватил старпом. – Слишком много косвенных признаков. Да и лодки наши пропали именно в этом месте.
– Побереги зубы, Николай Антоныч, – задумчиво проговорил Ступин. – БЧ-2 – готовьте буй, попробуем связаться с Москвой. Сейчас одиннадцать, спутник будет над нами…
– Через двадцать две минуты, – закончил Баринов.
– Подъём!
– Дроны оставляем?
Ступин пережил приступ досады: подчинённые должны были действовать самостоятельно в таких случаях, – но укорять оператора не стал.
– Оставляем.
«Грозный» начал продувать цистерны, и в этот момент подал голос начальник БЧ-1 Малянов:
– Обнаружил множественную цель! На двенадцать часов!
Ступин приник к экрану.
"Компьютеру понадобилось несколько мгновений, чтобы синтезировать изображение целей из множества эхо-сигналов измерительных систем: акустических, тепловых, радиоэлектронных и оптических, – и капитанский экран показал приближавшуюся к лодке «метель», снежинки которой представляли собой знакомых пятируких «осьминогов» и других созданий, напоминающих акул, гигантских скатов и медуз.
– Мать честная! – вытаращил глаза Баринов. – Это ещё что за кавалерия?!
Армия подводных страшилищ приблизилась, охватывая субмарину своеобразной подковой. Но вдруг остановилась в сотне метров, словно подчинившись чьему-то неслышимому приказу.
– Командир? – нервно оглянулся на Ступина Малянов.
– Ждать!
– Что они делают?! – пробормотал Баринов.
За «толпой» «осьминогов» – оператор насчитал их не меньше полусотни – медленно выросла туманная полоса, сгущаясь в мутную линзу, пронизанную роем тусклых жёлтых звёздочек.
– «Кальмар»?
Но это был не старый знакомый подводников, уже дважды пытавшийся атаковать подлодку.
«Осьминоги», «скаты» и «акулы» расступились, пропуская мутную линзу, напоминавшую гигантскую шляпку гриба-трутовика диаметром не менее двухсот метров.
Спину Ступина охватил озноб. Он почуял исходящую от «гриба» угрозу.