– Ирина Владимировна, я прошу у вас руки вашей дочери!
На тесной кухоньке наступила тишина. Оксана порозовела. Хотя она и ждала этого, но внезапно разволновалась. Ей предстояло сделать выбор. Прямо сейчас.
– Но почему такая срочность? – спросила она. – И кем ты будешь работать? Где?
– Оксана, – он накрыл ее руку своей тяжелой увесистой ладонью и проникновенно заглянул в зеленые, как изумруды, глаза. – Я рассказал тебе в общих чертах о моих перспективах. Большего я рассказывать не могу.
– Что ты пристала к парню! – вступила в разговор Ирина Владимировна. – Он же военный, у них секреты всякие, тайны. Что ты туда лезешь? Человек тебя замуж зовет, вот и отвечай! А будешь кавардовать – я тебе про свою подругу рассказывала…
– Нам сразу дадут квартиру. Двухкомнатную, со всеми удобствами, – Кудасов бросил на чашу весов последний аргумент, очень весомый в условиях российского бесквартирья.
– Вот видишь! – мать в сердцах швырнула губку.
– Чего тебе еще надо?
Оксана улыбнулась.
– Ничего. Я согласна.
– Ну и слава Богу! – Ирина Владимировна всплеснула руками. – За это надо выпить, у меня бутылочка кагора припасена для гостей! Оксана, буди отца!
– Зачем? Ему все по барабану. Только бухтеть будет. Завтра скажем.
Втроем они выпили по крохотной рюмочке сладкого вина, потом еще по одной.
– Живите, дети, долго и счастливо, – Ирина Владимировна протерла набежавшую слезу. – А я буду приезжать, деток нянчить.
– А далеко ехать-то? – Оксана облизнула сладкие губы. Глаза ее блестели, щеки горели румянцем.
– В Кротово.
Девушка поставила рюмку.
– Ничего себе! Это же черт знает где! Как же я смогу приезжать к родителям, когда захочу?!
– Это всего триста километров, – как бы оправдываясь, сказал Кудасов.
– Три часа на машине.
– А у тебя есть машина?
– Не бойся, найдем!
– Ну ладно, гулять так гулять! Наливай!
Оксана пила кагор, улыбалась, участвовала в разговоре, но в голове носился целый рой мыслей.
Что ж, замуж выходить все равно надо. Кротово – не сибирская тайга. Не понравится – вернется! Попытка – не пытка… А может, все и сложится.