Седьмой вагон – прикрытия. По своему содержанию и функциям он полностью дублирует вагон охраны, только предназначен для отражения нападения с хвоста поезда. В нем тоже готов к бою взвод суперсолдат и звено «черных автоматчиков».
Все вагоны располагаются на противоминных бронированных основаниях и имеют круговую бронезащиту – два слоя с кевларовой прокладкой между ними и наклонные полосы толстой стали, заставляющие рикошетировать пулю, прорвавшуюся через первый слой. Помимо всего прочего «Молния» кроме того упакована в особо прочный контейнер, который при запуске выполняет роль направляющей.
Но теоретические знания – это одно, а реальный БЖРК – совсем другое. В сопровождении помощника начальника поезда майора Волобуева Кудасов совершил экскурсию от четвертого вагона до локомотива и обратно.
Почти все вагоны были похожи один на другой. Может, обнаженным металлом, спертым душноватым воздухом, запахом оружейной смазки, гуталина и человеческого пота… А может, общей скученностью, отсутствием свободного пространства, каким-то скрытым напряжением и угнетающим ощущением опасности.
– Переходы имеют бронированную защиту и герметичны, – пояснял Волобуев, когда они переходили из вагона в вагон. – В сочетании с фильтрацией воздуха и избыточным давлением это делает невозможным поражение личного состава отравляющими веществами.
Майор был немногословен. В основном он ненавязчиво повторял, чего делать не следует: что прямо запрещено, а что не приветствуется.
– Какие тут могут быть телефоны? – грозно спрашивал он, и старлей, неизвестно почему, чувствовал себя нарушителем. – Кому, спрашивается, звонить? Или приемник… На кой тебе приемник? Что слушать? Инструкции шпионские? Или брехню всяких корреспондентов? Это для морального духа вредно! Что надо, до тебя командиры доведут!
– Ясно, товарищ майор, – успокаивающе произнес Кудасов, но сопровождающий не останавливался.
– Или шляться из вагона в вагон… Оно, конечно, не запрещено, может, ты в столовую пошел, или в медпункт, или к товарищу Сомову… Но просто так – зачем? Какая польза? Никакой! Один вред!
Внезапно Волобуев остановился в первом тамбуре первого вагона, так что Александр уткнулся в его широкую спину.