Как? Вон ту силовую линию изогнуть вот так, эту перемкнуть сюда… и еще… и еще… На самом деле быстро, гораздо быстрее, чем сказать словами, но и не мгновенно. Если противник поймет, что его магию перехватили… не успел! Последний штрих! И следящее заклятье превращается в режущее. Охранникам не дано ничего понять, они лишь видят, как в толстенной, окованной железом дубовой двери появилось сквозное дымящееся отверстие. Оно сдвинулось, превращаясь в похожую на пропил линию, дальше, дальше… казалось, что кто-то невидимый тончайшей пилой выпиливает сейчас круг, достаточный для прохода человека.
Маг с ума сошел⁈
Стоит, вытаращил глаза, откровенно не понимая, что происходит. Эй! Охранник толкнул его, надеясь прервать колдовство. Поздно!
Маг и выпиленный из двери круг упали одновременно. И также недвижно остались лежать на полу — заклятье, измененное де Камбре, выпило из волшебника все силы.
— Вперед! — снизу раздалась команда на галльском. И почти два десятка злых и умелых бойцов набросились на охранников.
Те не были трусами, бились яростно, но не слишком умело. Их учили держать в повиновении заключенных, подавлять редкие их бунты, но не драться с наемниками, сделавшими смерть своей профессией."
"Пока звенели клинки, виконт склонился над магом. Молодой, лет не более двадцати, не самый опасный соперник. Что с ним? Аура слабая, но она есть. Значит, жить будет. Вот только пару-тройку дней не сможет колдовать, да он и ходить-то в ближайшие дни не сможет. Зато потом станет сильнее, как становится сильнее любой маг, вставший на грань, но не ушедший за нее.
Пусть живет. И так слишком много смертей де Камбре принес в этот мир.
А вот охранникам не повезло. Наемников гибель противников не волновала, они в упор не видели причин кого-либо щадить. Перемазанные в своей и чужой крови, вновь спокойно смотрели на командира. Мол, из этой задницы вытащил, спасибо, что дальше будем делать?
Что делать? Что собирались, то и делать. Оба мага оказались здесь, они обезврежены и на помощь защитникам дворца паши уже не придут, а до всего прочего дела нет.
— Возвращаемся. Порох сложить у дальнего выхода и назад.
Остался еще один амулет. В прошлой жизни такие устройства назывались часовой миной, а здесь… да какая разница. Главное, что можно выставить время, достаточное для возвращения в дворик, который должны охранять оставшиеся бойцы батальона. Взрыв пусть ненадолго, но отвлечет охрану тюрьмы, будет возможность удрать. Лишь бы со временем не ошибиться.