Бард 2

Вот так, отдайся танцу со всей душой! Погрузись в него! Отрешись от всего!

«Дай мне

Больше, чем просто любовь,

Дай мне больше, чем страсть,

Что проходит, словно боль.

Я сгорю в огне, сгорю в тебе, пускай…

Я хочу стать пеплом, лишь познав твой рай.

Рай, рай, рай, рай».

Последняя строчка утонула в нашем жарком поцелуе. Ее ладони скользнули ко мне под рубашку, да и я не отказал себе в удовольствии пройтись по ее нежной спине. Ее волосы красиво развевались над черной пропастью. Сияние Лиры гасло, погружая платформу в темноту… Мой великолепный инструмент неведомым образом погасил все огни на Арене.

Оставшегося света хватило, чтобы увидеть расширившиеся глаза Зинтариэль. С эльфийки спал транс, и она поняла, что целуется с грязным хуманом! Кажется, она потянулась к висевшему на поясе кинжалу, но было слишком поздно. Я толкнул ее в мягкую грудь, полюбовался коротким, но весьма эффектным полетом своего противника.

Девушка не пострадала, не считая ее гордости.

Она тут же вскочила на ноги и попыталась сдернуть с плеча лук, чтобы послать стрелу в мое незащищенное горло. Да вот незадача — я держал ее оружие в руках!

— Невероятно! Не нанеся ни одного удара, Александр Морозов побеждает и становится нашим новым абсолю-ю-ютным чемпио-о-о-оном!!! — вне себя от радости закричал появившийся Смекрл. На мне скрестилось не меньше десятка прожекторов.

На галереях творилось нечто невероятное. Полное сумасшествие. Зрители кричали, ругались, дрались, срывали с себя одежду, танцевали, занимались бешеным сексом, плакали и многое-многое другое.

Не ожидал такого мощного эффекта от песни, но тем лучше! Бурый ни за что не посмеет обмануть меня, его свои же загрызут.

Появилась подсказка Системы, что эффект народного обожания недолгий, и нам лучше поспешить. Отлично! Я и сам не собирался задерживаться в этой дыре. В конце концов, нам ведь никак нельзя пропускать линейку.

Смеркл вывел меня с Арены по незаметной лестнице мимо кучи вооруженных амбалов.

В галерее, с которой все началось, меня встречали девчонки. Раскрасневшиеся Мин и Белка ограничились сдержанными поклонами. И не сказать, что десять минут назад они прыгали, отчаянно болея за меня. А вот Уна не стала стесняться и набросилась на меня, чуть не сбив с ног. Фея смеялась и плакала одновременно, покрывая мое лицо поцелуями и сдавленно бормоча, что мы теперь богаты и можем никогда не работать.