Тем более, перед возможной битвой лучше быть отдохнувшими, так что я приказал всем спать и лично подал пример, с сожалением отказавшись от компании девушки из гарема. Зато на рассвете как следует наверстал с довольной Уной, часа до общей побудки как раз хватило…
К родному Неряхино я подходил свежим, бодрым и готовым к бою, да и остальным не терпелось подровнять носы бутурлинским прихвостням. Деревню без охраны оставить точно не могли, так что нам точно найдется, чем заняться.
— Странно, ворота закрыты. Неужели никто не ушел работать в поле?
— В январе? — Уна оторвалась от допотопного бинокля, ставшего ее любимой игрушкой, и посмотрела на меня как на умалишенного.
— Да, точно, — с климатом нового мира зима вообще не воспринималась зимой. Где, спрашивается, снег? И по ощущениям температура не падала ниже двадцати пяти. Любой бы ошибся!
«Любой иномирянин, ага», — фея поднялась в небо и сделала круг вокруг деревни. Докладывала она немного напряженным тоном: — На улицах почти никого, из таверны доносятся крики… нехорошие.
— Хорошо, справимся сами. Яхациш, Бренн, вы остаетесь снаружи, не хочу пугать людей раньше времени. Белка, твоя десятка с нами.
— Вот же гребаный расизм, — проворчал гном, тут же плюхнувшись у повозки, пока его друзья выкатывали бочку. — Зеленый, будешь?
— Давай, карлик! — лякуш торжественно подставил под выбитую пробку черпало объемом с небольшую кастрюлю.
— Не увлекайтесь тут! — строго заметил я.
— Да мы всего-то по чарочке… — хором ответила пара алкоголиков.
Мда уж, дисциплина хромает на обе ноги. И как их в чувство приводить? Пока мы побеждали, никто не услышит голос разума. Кричать на них и ставить в угол? Вряд ли поможет, не зря про гномье упрямство слагали легенды… Ладно, потом решу. Пора возвращать Неряхино в родную гавань.
Уна перенесла нас с Ирой через забор. Мурра, Мин, Диана и эльфийки залезли сами, не желая тратить время.
Все было, как и доложила Уна. По пути к таверне мы встретили только пару незнакомых стражников с гербом Бутурлиных. За спиной первого из дыма появилась Мин, резким движением кинжала лишив его возможности кричать, а второму Мурра чуть голову не оторвала, одним прыжком оказавшись перед ничего не успевшим понять человеком.