Он с неохотой опустил девушку на землю и крепко ухватил ее за руку, словно боялся, что она может улететь. Он не собирался расставаться со своей новой собственностью.
Зрители благосклонно отнеслись к порыву Гевина Монтгомери и громко высказывали свое одобрение. Роберт, недовольный тем, что его оттеснили в сторону, тоже успокоился, увидев, что все довольны и смеются.
Церемония бракосочетания проводилась вне церкви, поэтому свидетелями ее стали все присутствующие. Священник спросил Гевина, согласен ли он взять Джудит Риведун в жены.
— Да, — ответил он.
Потом священник обратился к Джудит, которая не таясь рассматривала Гевина. Он был одет во все серое. Дублет и кафтан были сшиты из мягкого итальянского бархата. Воротник и полы были отделаны черной норкой. Единственным украшением служила пристегнутая к поясу шпага с огромным бриллиантом на эфесе.
Ее горничные утверждали, что Гевин красив, но Джудит не предполагала, что от этого человека будет исходит такое ощущение силы.
К радости толпы, священник был вынужден повторить свой вопрос. Джудит почувствовала, как краска заливает щеки, и проговорила:
— Да.
Ведь и правда, она действительно с радостью выйдет за Гевина Монтгомери.
Они поклялись любить, почитать и повиноваться друг другу, потом обменялись кольцами. Толпа разразилась ревом, грозившим снести крышу церкви. Гостям и зрителям стали зачитывать список того, что давалось Джудит в приданое, но за шумом ничего не было слышно Джудит и Гевин, очаровательная девушка и красивый молодой человек, вызывали у всех добрые чувства. Невесте и жениху протянули корзины с серебряными монетами, и они стали бросать их пригоршнями в толпу.
Гевин и Джудит заняли почетные места на хорах, над гостями. Эти двое напоминали детей, украдкой бросавших любопытные взгляды друг на друга. Гости, с восторгом воспринявшие этот союз, начало которому было положено событием, достойным самой доброй сказки, с умилением наблюдали за молодоженами. Менестрели уже слагали песни, которые будут петь во время торжественного приема.