Лишь только под конец рабочего дня познакомился со своим непосредственным начальником. Да уж! Педант ещё тот. Потребовал вначале представиться по полной форме, хотя знал, кто перед ним. Потом подошёл ко мне и лично поправил что-то там, сбившееся на моей форме. И лишь после этого начал давать вводные, так и не пригласив сесть. Прав был генерал Ростоцкий: убить хочется этого занудливого мужика, в свои тридцать пять лет имеющего лысину и близорукий прищур глаз, отчего можно годков десять накинуть возраста.
Длинный перечень того, что и как должно лежать на его столе, поверг в шок.
Пытка закончилась ровно в восемнадцать ноль-ноль. Капитан внезапно прекратил свой занудный инструктаж и произнёс:
- На сегодня время вашей службы окончено. Прошу явиться завтра в девять часов.
Козырнув, я вышел и направился домой, матеря всех подряд: и генерала Ростоцкого, и следака Комова, и, конечно, капитана Феофанова. Блин! В какую же дыру меня запихнули! Как же я скучаю по нашим ребятам-сержантам и табору! Я даже Якутову со Становым сейчас люблю неземной любовью!
Но деваться некуда. Я тут не на прогулке, а для того, чтобы выявить наличие опасных тварей.
- Ну, давай, напарник! Что ты знаешь об этой гадине? - начал я допрос наумба. - И только не говори мне, что ничего. Например, про её вой расскажи. Он ведь не случаен. И я не случайно после него остался живым.
- Да ты чего, Данила?! Откуда мне знать о твоей Миле? В памяти наумбов про них ничего толком и нет.
- Хорошо, Чах. Я тут подумал, что до отъезда на фронт у нас намечается «сухой закон».
- Данила, ну нельзя же так с лучшим другом, который недавно тебе в очередной раз жизнь спас."
"- Рассказывай всё, что нарыл! - рявкнул я. - Сейчас не до шуток! Мне следователь Комов дал ещё одну возможность познакомиться с «пением» суккуба. И… Я понял, о чём оно.
- Даже так? - нахмурился наумб. - Хреново. Думал подольше держать тебя от этих тварей, пока сил не наберёшься. А сейчас вряд ли успокоишься. Ладно. Пеняй на себя.