Горячий лоб накалился еще, мозг уже кипит, серая пыль от частого дыхания понеслась прочь, как тяжелая океанская волна.
— Надо идти, — прошептал он вслух. — Потом можно и умереть, но сейчас…
Мир затрясся, загрохотал. Под ногами пол качнуло с такой силой, что его бросило вдоль стены. Металл напротив с жутким лязгом лопнул. Страшный грохот ударил сверху, тело инстинктивно качнулось в сторону, а на это место ударил обломок скалы, что расплескал бы его как букашку…
Тяжелые глыбы рушились вперемешку с толстыми обломками железа.
Глыбы продолжали сыпаться. От тяжелого грохота трясся пол, качались стены. Он вжался в нишу, глыбы подкатывались к ногам. По спине и плечам остро стегнуло каменными осколками. Порезы тут же затянуло без его мысленного приказа. Он успел подумать, что теперь не прикинуться раненым, если будет такая необходимость, автономный организм печется о себе сам…
Загрохотало, стена затряслась.
Страх сжал сердце с такой силой, что из груди вырвался протяжный стон. Пальцы судорожно ощупывали каменную стену.
Трое крепких ребят из спецназа, что совершали рутинный обход туннеля, оторопели. Из темноты навстречу вышел полуголый человек, похожий на статую. Каменная крошка и пыль настолько запорошили его тело и лицо, что он весь был цементно-серым.
Офицер вскрикнул, рука метнулась к кобуре.
"Олег быстро осмотрел тела. Камешки проломили им переносицы, все мертвы, но зато живы их автоматы, подствольные гранатометы заряжены, сумки с запасными рожками, десяток гранат…
Через пару минут он, натянув слишком тесный комбинезон офицера, бегом ринулся в сторону центра.