Откуда оно взялось, это мерзкое ощущение, какая мимолетная мысль успела пробудить его в моей звериной душе, я не знала. Но и докапываться до причин не хотела, потому что по опыту знала, что после таких вот поисков нередко отыскивается то, о чем лучше было бы не знать. Не видеть. Не помнить. Вместо этого лучше просто продолжить жить, затолкав неудобную находку на дно, в самый дальний угол огромного, воистину безразмерного сундука, который в простонародье называется памятью.
В моем сундуке таких укромных уголков было предостаточно, чтобы втиснуть туда последние две недели своей жизни и больше никогда о них не вспоминать.
Впрочем, я знала массу способов, как заставить память умолкнуть: смена обстановки, новые впечатления, целительный сон в тщательно скрытом логове… За долгую жизнь мне не раз приходилось зализывать раны в одиночестве. И с этой неприятностью я тоже как-нибудь справлюсь.
В конце концов, это всего лишь волк. Самый обычный, серый, угрюмый волк, который не испытывал к таким, как я и мой зверь, ничего, кроме презрения.
Сколько таких было в нашей жизни? А сколько еще будет? Так что не вздыхай, малыш. Не жалей. И не оглядывайся назад – там нас с тобой ничего хорошего не ждет.
Что?
Говоришь, что слышишь зов?
Это просто ветер, малыш. Играет с деревьями, как боги порой играют с людскими судьбами.
Глава 19
Говорят, бессмертие – великий дар. Но лишь для тех, кто не знает его истинной цены. Жить бесконечно долго, зная, что без согласия богини не можешь даже умереть, приятно лишь в первые пару сотен… максимум пару тысяч лет. А затем однообразие жизни начинает утомлять. Царящая вокруг суета безумно раздражает.
Иногда, правда, что-то все же случается… чаще почему-то плохое, чем хорошее. Но со временем и оно заканчивается, а старая проблема возвращается с новой силой.