Порой, проснувшись, я могла обнаружить себя покрытой пухом, перьями и в окружении целых гор жестоко разгрызенных костей, на которых виднелись жалкие остатки мяса. Будучи страшно голодным, мой кошак не раз сносил двери с петель, беспорядочно рылся на леднике, отшвыривая то, что похуже, и жадно глотая самые сочные, свежие и большие куски. Потом за ним приходилось подметать, мыть полы и собирать разбросанные тут и там ошметки.
Но на этот раз кто-то сделал это за меня. А скорее всего, сам аккуратно выбирал лучшее мясо, заранее размораживал, чтобы мой зверь не ломал зубы, и бесстрашно кормил, не позволяя кошаку устроить бардак.
Озадаченно крякнув, я обошла остальные помещения первого этажа, но везде царил все тот же безупречный порядок. Амулеты на месте, чистая одежда аккуратно сложена на подоконнике, грязная, включая несколько смен постельного белья, брошена в большую корзину и убрана в подвал. Разломанные стулья, коих оказалось всего две (две!) штуки, сложены в углу. Остальная мебель сдвинута к стенам, чтобы ее ненароком не снесли…
Одним словом, я была настолько поражена обстановкой в доме, что даже слов не нашла обозначить всю глубину моих растрепанных чувств.
Когда же я открыла дверь на улицу и обнаружила, что двор вокруг крыльца кто-то недавно очистил от снега, то и вовсе едва не выпала в осадок.
С ума сойти!
Неужто волк, пока я спала, занимался хозяйством?!
И правда: сменив форму и осторожно заглянув за угол, я обнаружила тщательно расчищенные дорожки к поленнице и туалету.
Ну дела!
Помотав головой, вернулась обратно к крыльцу и озадаченно села, оглядывая приведенный в порядок двор. Утро сегодня выдалось солнечным и морозным. Потревоженные мной снежинки красиво переливались в воздухе. Солнце уже отчетливо пригревало, намекая на близость весны. Лежащие вдоль скал сугробы тоже были покрыты сверкающими на солнце льдинками.