В самом что ни на есть скверном расположении духа.
– Бас! – крикнул мне вслед рыжик, тщетно пытаясь догнать меня на своих двоих. – Постой!
Бесполезно: когда я не хочу, догнать меня не под силу даже другому баскху. Но лохматым мы об этом не скажем. По крайней мере, не здесь и не сейчас."
"Село и впрямь оказалось там, где я помнила, – на вершине большого холма, который топорщился вверх острыми крышами и неровной линией частокола. В домах еще горели огни, ворота, насколько я могла судить, тоже не были закрыты, так что, если поспешить, парное молоко у меня сегодня все-таки будет.
Как ни странно, до самых ворот меня никто не остановил и даже из лесу не проорал что-нибудь непечатное. А вот на въезде уже крутилось трое недовольных до крайности всадников, при виде которых мои губы сами собой расползлись в понимающей усмешке.
Впрочем, облегчать лохматым жизнь я не собиралась, поэтому, пользуясь темнотой, подкралась к забору вплотную и перемахнула на ту сторону неподалеку от ворот.
– Ой, как хорошо, что вы все-таки успели к закрытию ворот. Кто-нибудь знает, где тут постоялый двор?
– Т-ты… – клацнул зубами Рокхет, чья хваленая выдержка, кажется, уже была готова улететь в бездну.
Я с готовностью кивнула:
– Угу. Я. Так мы идем или нет?
– Ну зачем ты так? – с укором спросил Роар, когда вожак хлестнул ни в чем не повинную лошадку и умчался вперед. – Он бы и сам согласился. Надо было лишь попросить… ты ведь тоже любишь, когда просят?
– Я женщина. Меня можно и нужно уговаривать. А задача мужчины – вовремя понять, когда это надо сделать, а когда не стоит даже пытаться.
– Эх, миледи, – огорченно вздохнул Наран.
Я лишь пожала плечами.
А что не так? Все равно ведь все получилось по-моему. От Рокхета только и требовалось вовремя сообразить, что именно так и будет. Но он заупрямился, обозлился и снова решил, что может мной управлять. А разве я давала для этого повод?
Постоялый двор нашелся быстро – волки отыскали его по запаху. Коней устроили сами, комнаты оплатили тоже сами, благо у хозяина имелось несколько свободных.