Я умудрилась пнуть Журделя в живот, а рябого, по имени Гашмар, прямо в челюсть. Но это были все мои достижения.
Маг направил руки в мою сторону. Из его пальцев выстрелили тонкие серебристые нити и опутали меня, словно паутина. Только эта паутина впиталась в одежду и кожу, полностью обездвижив меня. Теперь я могла лишь вращать глазами и мысленно сыпать проклятиями.
– Поднимите ее! Чего встали, олухи! – заорал маг на бандитов, явно теряя терпение.
Нервничает – это хороший знак. Значит, мое спасение близко.
Бандиты подскочили от его вопля, схватили меня в охапку, причем один – ноги, а другой – плечи, и потащили в сторону шалаша.
Так я впервые испытала на себе действие чужой магии и почувствовала себя до безобразия беззащитной. Это было такое омерзительное, противоестественное чувство, что я поняла, почему Арден злился на меня. Он ведь наверняка испытал то же самое, когда я ударила по нему магией.
“Я извинюсь! – тут же клятвенно пообещала себе.
Разумеется, мне никто не ответил.
Журдель и Гашмар втащили меня в шалаш и бросили на охапку еловых лап, прикрытых попоной.
– Фар Дассаль, начинайте, – следом вошел маг.
Он остановился надо мной, расставив ноги и заложив руки за спину.
– Гхм… – откашлялся фар Дассаль. Немного позже я узнаю, что фар это не имя, а сан. Так что мои подозрения насчет монашеской рясы были не беспочвенны. – Маркиз Антюэр Люссор Вальсобьерри, берете ли вы эту лейву в законные жены?
Ого, мне целый маркиз достался! Да я гордиться должна, не иначе.
– Да, – ответил этот маркиз так, словно плюнул.
Судя по его виду, он явно не рад был женитьбе. Смотрел на меня с таким презрением, точно я грязь под ногтями. Я же в свою очередь изо всех сил таращилась на него и попыталась убить глазами. Разумеется, безрезультатно.
– Готовы ли вы разделить с ней судьбу, тело и душу, дабы вместе идти по дороге жизни, пока смерть не разлучит вас?
– Согласен.
– Одну секундочку, господин маг.
Фар Дассаль снял с шеи свои странные четки.
– Мне нужны ваши руки, – сказал он, с сомнением посмотрев на меня. – Левые.
Интересно, а меня, значит, ни о чем спрашивать не будут? Странная свадебка. Или в этом мире так принято – лишь бы жених был согласен."
"– Журдель, развяжи ее, – бросил маркиз.
Косоглазый слегка побледнел. Видно, вспомнил, как я его пнула.
– Не бойся, – поморщился женишок.