– То есть вы готовы служить там, куда пошлют? Наравне с советскими гражданами, по части военной или гражданской? У нас не Российская империя, и место в «элите» никому не дается даром, его надо заслужить. А сейчас идет война.
– Пан министр, когда Варшава будет взята, мы готовы присягнуть вам. А вы будете вправе поступить с нарушителями, если таковые будут, по вашим законам.
– Хорошо. Что вы можете предложить конкретно сейчас?
Москва, Кремль. Через несколько часов
– Итак, товарищ Сталин, поляки готовы обеспечить наше десантирование в Варшаву, ударив по немецкому фронту на берегу со своей стороны.
– Тут вопрос не только и не столько военный, как политический, Лаврентий. Кто изменил однажды, изменит еще раз. А если мы уже имеем дело с какой-то игрой? Насколько этой пани Ирме можно доверять?
– Поставим вопрос иначе: насколько можно доверять тем, кто ее послал. Ее муж, Радослав, ведь не мог не понимать, что посылает нам фактически заложника? И всё же послал – значит, хотел показать, что намерен играть честно? Учтите, что пани Ирма не просто капитан АК, а начальник связи «Кедыв». И в рамках «предложить уже сейчас» она выдала всю информацию не только про «крайовцев», но и британское УСО в Польше – шифры, коды, радиочастоты, – что позволяет нам взять эту сеть под контроль.
– Этим мы, конечно, воспользуемся, но… У нас ведь, Лаврентий, уже было решено использовать восстание, чтобы вывести из игры АК, расчистить дорогу людовцам. Объявить «крайовцев» и Коморовского персонально агентами-провокаторами немцев, намеренно выступившими до срока. Поскольку значительная часть АК влезла в бои по незнанию, их немцы судили военно-полевым судом как предателей-дезертиров из немецкой армии, то есть подтвердили как бы факт пособничества.