Трасса в сумерках кажется бесконечной и темной полосой ведет машину прямо на грозу. Вдали сверкает феерично.
– Жду тебя, мур… – томно щебечет Инга в динамик телефона, напоминая игривой интонацией, на что способен её голодный рот и губы. Хороша, зараза.
Меня не было в городе два дня, так что после продолжительного мозго*бства с партнерами, встреча с этой сексуальной опытной чертовкой – отличная, и просто необходимая разрядка для моего организма.
Устало упираюсь затылком в кресло и поглядываю на часы. Времени уже до хрена, полдня в дороге – ненавижу, когда оно утекает так бесполезно.
Включаю The weekend в надежде, что хорошая музыка частично перекроет весь мрак и поможет расслабиться. Из колонок вырываются знакомые биты, мгновенно разливающие по венам порцию релаксина, и гнать по пустой трассе становится намного приятнее.
– Какого черта… – въезжаю на мост и в сумерках высматриваю женскую фигуру, которая неуверенно стоит на железных перилах, расставив руки по сторонам для равновесия.
– Что она творит? Только этого не хватало…
Грубо выругиваюсь и резко торможу около барьерного ограждения, фарами освещая эту сумасшедшую. Девчонка озирается и испуганно выпучивает глаза на машину. Её хрупкое тело вздрагивает, худые колени подгибаются и её начинает шатать.
– Твою мать, – выпаливаю я в сердцах и выбегаю из машины.
А как еще разговаривать с такими? У неё же явно чего-то в голове не хватает раз додумалась залезть туда. Точно малолетка с прибабахом… И куда смотрят её родители?
Мелкая оглядывается, судорожно трясет головой и зажмуривается, готовясь к прыжку. Я слышу её обреченное рваное дыхание, которое испускает в последний миг своей жизни… И она летит.
Прямо ко мне на руки. Потому что хватаю её за тонкие бедра, облепленные насквозь мокрой тканью платья, и дергаю на себя, не давая упасть.
Только таких приключений со спасением неадекватных подростков мне не хватало под вечер… Который неизбежно испорчен. И что теперь мне вот с «этим» делать?
Держу девчонку на руках, и чувствую, как та прижимается к груди, её всю трясет, громко всхлипывает, вытирая сопли и слюни о любимую серую кофту. Вот и приехали в детский сад… А ты теперь, Паша, психолог-воспитатель. Дерзай.