Тем временем бедняки, старые и молодые, бросали свои пособия по безработице и бесперспективную работу и просто исчезали в лесах, и города вымирали, от центральных кварталов к окраинам, и экономика постепенно рушилась…
Лол долго молчал. Слишком долго по меркам Лола.
Гарет поднял глаза.
Друг куда-то смотрел.
Нечто стояло в самом центре каменного кольца. Группа приземистых коренастых фигур, которых раньше там точно не было. С первого взгляда фигуры показались Гарету камнями – менгирами, стоявшими приблизительно по кругу.
– Они, кажется, перешли, – выдохнул Лол.
– Это что, шутка? Угощение или жизнь? До Хеллоуина еще далеко, придурки.
Гарет занервничал; он всегда нервничал в присутствии детей, за которыми никто не надзирал.
– Слушайте, если вы не…
И тут низкорослые пришельцы, как один, раскрыли рты, и зазвучал многоголосый аккорд.
Лол, стоявший на противоположной стороне круга, явно был в ужасе. Он зажал уши руками.
– Вели им замолчать!
Гарета вдруг посетило вдохновение. Он схватил биту.
– Бей по камням! Живей!
И грохнул бейсбольной битой по ближайшему камню. Тот зазвучал.
Они с Лолом бешено колотили по менгирам. Слышались глухие ноты, безобразные, нестройные.
"Обезьяны встревожились. Тесный круг распался, уродливые лица сморщились, зубы обнажились, песня превратилась в уханье и отдельные возгласы. Один за другим незваные гости начали переходить и пропадать. Может быть, для того и существовали Поющие камни? Чтобы издавать безобразные диссонансы и преграждать поющим обезьянам дорогу в мир людей, как гласили легенды?
Вскоре поляна вновь опустела.
А Джошуа и Лобсанг на «Марке Твене», изучая отчеты о подобных инцидентах, узнали, что тролльи первопроходцы, провозвестники вынужденной миграции, проникали гораздо дальше, чем можно было представить.