По крайней мере, ее создал Бог. По крайней мере, оттуда можно привезти камни! И я вам скажу: у меня через несколько дней состоится встреча с президентом, и вот чего я потребую. «Прекратите финансировать колонии на Долгой Земле. Если уходящие оставляют здесь ценное имущество, конфискуйте его. Если они что-то производят там, в этих безбожных мирах, облагайте их налогами и выжимайте досуха. Они хотят быть пионерами – пускай будут. Но только не за мой счет».
Рев одобрения. Неприятно громкий.
Янсон заметила Рода Грина, восемнадцати лет. Трудно было не заметить его соломенную гриву. Таких, как Род, полицейские прозвали «один дома». Ребенок, не умеющий переходить и покинутый семьей, которая соблазнилась романтикой дальних странствий и возможностью построить новую жизнь в каком-нибудь последовательном мире. Сложился целый класс людей, пострадавших из-за самого факта существования Долгой Земли. Зачастую не только финансово, но гораздо глубже. И вот Род стоял здесь и впитывал ядовитые брызги желчи.
Каули приближался к кульминации. К самой соли, ради которой здесь и собрались бедолаги, оказавшиеся в невыгодных условиях. Соль была горька, поэтому Каули и воспрещал как-либо фиксировать свои речи."
"– Я тут кое-что услышал, – сказал он, извлекая клочок бумажки. – Заявление одного университетского… про-фэс-сора. Вот что он говорит, сейчас процитирую: «Возможность переходить – это отличный шанс для человечества, возникновение новой познавательной способности, сравнимой с развитием языка и созданием сложных орудий труда».