— Амиго, это наш единственный шанс! Прицелься как следует по этому треугольнику! Не подведи!
Эстебан оскалился волчьей ухмылкой:
— Если попаду — счёт будет шесть-пять в мою пользу!
Махнул рукой и рванул обратно к штурвалу. Корабль послушно повернул, выходя на боевой курс.
Пока мы маневрировали, картина боя изменилась. Форт разбомбил вражеские корабли сопровождения. Но и наши понесли серьёзные потери. Из тридцати гордых судов землян уцелело едва больше десятка — и эти отчаянные храбрецы продолжали долбить по исполинскому кораблю третьего ранга.
Но их отвага выглядела жалко, ведь ядра отскакивали от хитинового панциря, как горошины от стены. Корабль-треугольник тем временем методично, с садистским наслаждением, поливал землян мерзкими личинками.
— Спустить паруса! — рычание Эстебана прорезало гул битвы. — Дайте-ка прицелиться как следует!
Матросы ринулись исполнять приказ. Правильное решение. Рисковать единственным убойным ядром, паля на полном ходу, было бы не просто расточительством, но потерей возможности победить врага.
"Экипажи застыл в ожидании и напряжении. Каждый понимал, что от следующих секунд зависят сотни жизней. Эстебан сконцентрировался, дёрнул канат, к которому было привязано дуло, и оно поползло влево. Подставил клин под казённик — угол стрельбы изменился на несколько градусов.
Глаза Эстебана прищурились в узкие щели. Вояка вычислял траекторию, учитывая качку, ветер, движение врага. Наконец он достал свою красивую зажигалку и медленно поднёс к запалу.
БАБАХ!
Не знаю, как это работает. То ли система, то ли адреналин замедляет ход времени в решающие мгновения. Я видел, как, неистово вращаясь, ядро летело дугой в сторону вражеского судна. Захотелось выругаться — ведь Эстебан перенервничал и промахнулся! Снаряд должен был пролететь над палубой и бесславно шлёпнуться в пенные волны.
Но это ядро было создано из моей крови, моей ДНК. Рука поднялась сама собой, повинуясь неведомому инстинкту.
И чудо свершилось! Ядро послушно изменило траекторию и вонзилось точно под ватерлинию треугольного исполина.
БУ-У-У-У-УМ!
От мощного взрыва в корпусе корабля появилась крупная пробоина. Он медленно заваливался на бок и уходил на дно.
Дикий рёв соратников прокатился по палубе волной триумфа, от которого по всему телу пробежали мурашки. Я стоял ошалевший, не веря своим глазам, наблюдая, как тонет эта громада.