— Амиго, тебе бы ужастики озвучивать по ночному радио «Пятница тринадцатое». Мастерски нагнетаешь.
Но внутри у меня всё похолодело. То, что способно в считанные секунды уничтожить отряд элитных бойцов, не подавая им даже шанса закричать… Это серьёзно. Очень серьёзно.
— Узнаю, что за чудище там обитает, — произнёс я с показной уверенностью, которой на самом деле не чувствовал. — Благо, есть у меня возможность быстро ускользать от проблем, если что-то пойдёт не так.
Решил не скрывать информацию о навыке кровавого фантома.
— Если мне удастся зачистить второй уровень, — продолжил я, — то доходы фракции удвоятся?
Бенджамин кивнул.
— Именно так, господин Фаталь. За исключением одного важного нюанса. Ходят слухи, что каждый следующий уровень содержит в разы больше сокровищ, чем предыдущие.
Абдулла закивал так энергично, что его борода заходила ходуном.
— Потому в перспективе, — громогласно пояснил Бенджамин, — мы можем рассчитывать не на сто, а на все сто пятьдесят тысяч осколков в сутки! Действительно солидная сумма, даже в масштабах целой фракции.
— Тяжело не согласиться, — пробормотал я, чувствуя, как в голове начинают мелькать астрономические цифры.
Сто пятьдесят тысяч в день означало около шести миллионов в месяц. С помощью торговой гильдии можно будет экипировать воинов в лучшее снаряжение, заказать ресурсы для постройки высокоранговых кораблей… Разработка шахты действительно становилась ключевым вопросом выживания фракции в грядущем конфликте.
— Завтра же этим займусь, — отчеканил я каждое слово.
— Великолепно! — порывисто воскликнул Бенджамин, вскочив с места и хлопнув в ладоши. — Если вы достигнете успеха в этом деле, то ваш экипаж пожизненно освобождается от уплаты всех фракционных налогов!
Он обошёл стол и положил руку мне на плечо.
— А налог этот, к слову, составляет двадцать пять процентов от любых заработков.
Кивнул, соглашаясь с раскладами."
"Теперь понятно, почему хорёк столь востребован. Наверняка с лёгкостью находит жадюг, не желающих делиться. Запускает мерзкие щупальца в их разумы и выуживает всю информацию. Теперь он бесит меня ещё сильнее.