Если бы не Людмила, мотающаяся ко мне по утрам в течение нескольких недель и снимающая самые тяжёлые симптомы, я бы точно провалила защиту. Но всё обошлось, и вскоре я подарила Ростиславу сына и наследника.
Потом у нас родилось восемь дочерей. Я понимала, что для возрождения сообщества магов нужны девочки, но к тому моменту, как брала на руки каждую новорожденную дочь, я забывала, что кому-то там что-то должна. Я просто рожала желанного ребёнка от любимого мужа, вот и всё. И то, что когда-то казалось мне едва ли не насилием над личностью, превращающим жён магов в машины по производству детей, стало казаться чем-то нормальным.
И единственное, что меня слегка напрягало, это то, что после единственного сына я должна рожать только дочерей. А если я хотела ещё сына? Да, я понимала, что мужчин и так много, и жён им приходится ждать столетиями, но я просто хотела ещё одного мальчика. Об этом я и заявила мужу, когда наша младшенькая отправилась в школу магии, и в доме стало как-то совсем пусто.
К моему удивлению, Ростислав поддержал моё желание, даже слова против не сказал, и спустя девять месяцев у нас родился Павлик. Я взглянула на своего младшенького, который в этот момент о чём-то разговаривал с моим мужем. Как же они похожи! Кирилл многое взял от меня и от своего деда, в честь которого был назван, лишь глаза, к моей радости, у него такие же, как у Ростислава, а вот Павел - копия отца. Даже «хищный» отцовский нос, который мне уже давно казался идеальным.
Мужа это радует не только потому, что его преемником станет родной сын, но и оттого, что между ними меньше трёхсот лет разницы. А значит, Павел примет не самое лёгкое бремя ответственности гораздо позже, чем это пришлось сделать его отцу. Успеет пожить для себя и набраться опыта, прежде чем взваливать на себя эту ношу.
Младшие сёстры жениха отошли от молодых, уступив место старшим. Я с улыбкой наблюдала за близняшками, которые, несмотря на не самое удачное начало, сейчас носят куэльды голубого цвета - что просто великолепно для тех, чья магия проснулась так поздно. Когда-то они слегка настороженно восприняли появление младшего брата - ещё помнили прежний неудачный опыт,- но рождение родного сына не превратило меня в злобную мачеху, и постепенно они расслабились и приняли малыша.