Катя-то… простушка эта… наверняка себе там придумала уже, что смогла бедного парня в себя влюбить так быстро после того, как он чуть ради другой с собой не покончил, но фиг ей. По первому зову к Алисе вернется. Без сомнений.
А: «Ладно, я подумаю над твоим предложением. Маякну, если решу помочь».
Н: «Ок, спасибо».
Алиса вышла из Мессенджера, снова в Инстаграм вернулась…
Нашла того самого Разумовского, его фотки полистала.
Кстати, Катя…
Благо, у Никиты было не слишком много подписок, и всего одна Екатерина. Самойлова. Алиса о ней не слышала, и даже визуально не узнала, но вроде бы ничего особенного.
Блонда обыкновенная. Фотки классные ей делают, конечно. Филимонова аж зависть почувствовала непроизвольно (а она редко людям завидовала — поводов не было), а тут… При других обстоятельствах может даже попыталась имя фотографа разузнать, а то самой не везло с ними.
"Отец на дорогих раскошеливаться не хотел особо, а у середняков и результат получался так себе… Вот, кстати, и условие Разумовскому. Он ей сьемку у фотографа, который эту блонду фоткает, а она ему — блонду…
Неплохо…
Теперь вопрос, что Андрею написать… Какую тактику выбрать?
Остаток вечера Алиса провела, обдумывая план действий. В ней родился спортивный интерес — хотелось провернуть аферу филигранно.
Глава 10
— Алло, привет… — Катя увидела, что ей звонит Андрей, еще находясь во дворе, но решила, что разговаривать безопасней будет в своей комнате. Поэтому-то заскочила в дом, взлетела по лестнице на второй этаж, аккуратно закрыла дверь, и только тут приняла звонок.
— Привет, чего дышишь тяжело? Спортом занимаешься что ли?
— Почти… А ты?
— А я…
Катя села на стоявшее в комнате кресло, крутнулась в нем, остановилась, снова крутнулась, остановилась… поймала свое отражение в зеркале, поняла, что улыбается, заулыбалась еще сильнее, слушая Андрея.
На следующее утро после их первого свидания судьба разбросала кого куда…
Начались каникулы, а значит, Катя со всей своей большой шумной семьей поехала на дачу к Леониду и Марине, а Андрей с мамой отправился в гости к бабушке.
Протестовать молодые люди не пытались, хотя такая мысль проскальзывала у обоих.