Иной раз кажется, что он всё на свете знает, а вот коснулось дело долгого пути на повозке, и выясняется, что Айк тут, как и я, мало соображает, что, как и к чему.
— Гля, какие. Ни колеса у них, ни седла. Дальше Муна, поди, раньше нос не казали.
— Седло я продам, — раздалось из толпы.
— Колёса у вас необычные, крупные, — тронул Айка за плечо мужичок невысокого роста. — Потом обязательно закажи одно мастеру. В дороге оно, видишь, как бывает.
— Так новьё же. Чему тут ломаться? Кто знал…
— А вот как раз с новьём и опасность всегда есть, что выскочит что-нибудь, — не согласился мужик.
Работы может и чуть, а всё про всё с дорогой день займёт точно. Очень плохо. И не в потере времени беда. Нас ведь никто ждать не будет.
— Почём седло отдаёшь? — нашёл взглядом я того дядьку, что продать предлагал.
— Не нужно седло. В следующем форте всё купите, — вмешался подъехавший командир охраны.
— Не ждут, не ждут. То само собой, — закивал народ.
— Ушли бы мы далеко, насильно рассадил бы вас всех по другим повозкам, а лошадей бы на привязи пустил следом. — продолжал имперец. — Мы людьми не рискуем. Только товаром. А так, на четвёрке догоните завтра. Одну ночь, увы, придётся самим сночевать.
Я и сам бы остался, да Айк одного не отпустит. Пришлось буркнуть:
— Охотник я.
— Ну и отлично, — кивнул имперец. — Судари-обозники, — повернулся он к толпе. — разбирайте детей и женщин, кто сколько взять может — и трогаемся. — Ольф, ты всё слышал, — нашёл командир охранников взглядом нужного солдата. — Чтобы завтра догнали нас. С сударей-лопухов, что ни сёдел, ни запасных колёс не имеют, сверху пара серебряных.
* * *Больше часа прошло, как Ольф ускакал с колесом, а обоз, соответственно, двинулся дальше по тракту. Путешественники, йок-перейок! Сами даже то колесо снять с оси не смогли. Ни нужного инструмента у нас, ни умений потребных. Спасибо, люди помогли. И что бы я делал, случись эта беда вчера с нами, когда ещё Брон не ушёл? Пришлось бы, наверное, повозку бросать, чтобы не давать одержимому шанс нас одних подловить.