— Или сестричка, — умудряется одновременно обнять, и малых и оказавшуюся беременной девушку Кит. — Как же я за вас рад! Просто счастье!
— Мальчишка у нас. Я почувствовал. Я и это могу, — целует Айк в щёку молодую жену. — Угадай, как решили назвать?
По хитрому блеску в глазах будущего отца догадаться несложно.
— Ой, путаться будем, — хохочет Вея. — Всё, не быть тебе больше Китей. Малышу отдадим. Теперь только Китар.
Вот! Повод сказать, что ты к ним ненадолго. Порадуй меня. Нет. Мальчишка не хочет сейчас омрачать радость этим признанием.
Весело болтая, быстро спускаются к дому. Малышня кружит рядом вприпрыжку. Айк начал прощупывать почву вопросами. Разговор на самую скользкую тему неизбежен. И это ещё одна тема, которую благодаря Китару мы не успели обсудить. Сказка, рассказанная Тумену здесь неуместна. Своим не наврёшь про тайное знание рода Соболевских. И знание языка высших хортов — это ещё самая меньшая из проблем. Не имею ни малейшего представления, чем сам Айк для себя объяснил тот поступок Китара.
— Дар? Признайся, ещё один дар? Почему никому не сказал?
Как удачно! Айк сам подсказывает удобную версию. Китар будет последним дураком, если за неё не уцепится.
— Давай позже про это, — понижает голос мальчишка. — Не при малых.
В доме Лина заканчивает накрывать занимающий едва ли не всю комнату стол. Еда вся простая — никто не ждал таких гостей — но мяса, хлеба, молока и варёной картошки с избытком.
Вежливо спровадили Бранта. Расселись. По очереди заново высказались на тему: «Какое счастье, что Китар вернулся», и дальше уже разговор шёл про новую жизнь сильно разросшегося рода Зориных на Фате и про события, предшествующие их переезду сюда.
Победа над хортами, массовый лов идущей на нерест рыбы, тягостное ожидание прихода новых орд хортов, прощание с Оргарами, путь к побережью.
— Содрали по золотому за взрослого и по тридцать серебренных за каждого недорослыша, — жаловался бывший калека. — Думал, вернут, когда выборные примут решение. Куда там.