И выбрался из ловушки, считай, и волшебные мечи получил. Теперь точно от любого зверя отбиться сможет. Вон, как лихо этих птиц порубил. Как раз возится с трупами, сердца достаёт. Закончил почти.
Бобов уже полный карман и семян пара найдена. В другой раз порадовался бы богатой добыче, а сейчас как-то побоку всё. Что мне теперь те богатства? Деньгами моих Айк отныне легко обеспечит. Вот переправим их на Фат, и ждёт детвору спокойная сытая жизнь в достатке. Даже, если не срастётся у них с Вейкой женитьба, уверен, друг мелких не бросит на произвол судьбы.
А троерост… Ло и с тем троеростом, что есть уже, справится с кем-хочешь в Предземье. В безопасности моё тело. Тем более, при таких-то мечах. И семена с собой не заберёшь на Землю — там от них толку нет. Здесь глотать, продавать, менять надо.
Мне большие числа в отмере у беса, и вообще, во вред только. Не дай Единый, доберёт до двухсот в сумме и на Твердь перепрыгнет. А ведь Тишка моя на Земле где-то. Вдруг, не станет её Ло без меня искать, вызволять? Обещал так-то, но, чем дольше я не возвращаюсь, тем больше он будет смелеть.
Вот подумал об этом, и по-настоящему страшно стало. Бес закончил с разделкой и к речке пошёл отмываться от крови, а я с новой силой изгнать его пыжусь. Не получается. Опять не получается ничего. Ох, жизнюшка моя… Навеки я зритель беспомощный. Пропал Китя. Теперь моя судьба — до скончания времён сидеть пленником в собственном теле.
* * *Через несколько дней бес уже настолько осмелел, что совсем перестал таиться. Бежит себе потихоньку, переходя то и дело на шаг, и даже рад, как мне кажется, когда какой-нибудь хищник, заметив его, бросается на одинокого путника. Медведи, волки, шакалы, муфры, мохнатые гиены, орлы — все находят свою смерть под ударами волшебных мечей, все, считай, сами приносят свои сердца бесу. На вскрытие мелких зверей Ло уже даже перестал тратить время.
"Нет, эти мечи нельзя сравнивать с моими невидимыми. Всё-таки в четыре раза короче и камень не режут, деревья не рубят. Обычные клинки, просто очень и очень острые и йока с два их сломаешь. Особый, усиленный узлами бесовский удар рассекает, что шкуру, что кость даже старого зверя. В напавшей вчера на нас стае шакалов был один размером едва ли не с лошадь.