Руки и ноги, словно бы сами собой, находили-нащупывали нужные выемки-выступы, а после коротким рывком подтягивали облегчённое в шесть-семь раз тело в новую точку, максимально удобную для следующего рывка. Я ощущал себя каким-то, блин, спайдерменом, ловко ползущим по отвесной стене, и одновременно бэтменом, готовым в любую секунду взлететь на вершину какого-нибудь небоскрёба. Казался себе почти невесомым, при каждом касании прилипающим к испещрённой трещинами поверхности, не способным упасть, даже если точкой опоры окажется один-единственный палец.
При таком темпе ровная каменная площадка возникла перед моими глазами настолько внезапно, что я едва не промчался мимо неё подобно экспрессу «Пекин-Шанхай», пролетающему мимо захудалого полустанка с населением в какие-то жалкие два десятка тысчонок.
«Тормозом» для меня стал тот козырёк, который мы видели снизу и который послужил мне ориентиром. Уцепившись на краешек, я сперва взмыл над ним, словно ракетоплан, а затем, не снижая скорости, сделал полупетлю и резко качнулся обратно.
Кульбит получился не только эффектным, но и весьма эффективным.
Если бы на окошке имелись стёкла, я бы разнёс их вдребезги.
По счастью, стекло разбивать не потребовалось, за полным отсутствием такового.
Тем не менее в оконный проём я вписался чётко. Тютелька в тютельку. Ничего не задел, никуда не влепился. Просто влетел в помещение и прокатился на заднице по скользкому полу до ближайшей колонны. Колонна и мои не рассчитанные на жёсткое столкновение косточки остались целыми. А всё потому, что с колонной я так и не встретился — успел отключить обе руны и, благодаря стремительно выросшей силе трения, остановился в считанных сантиметрах от каменного столба.
"А дальше, когда отдышался и понял, что «Вау! Я сделал это!», без проволочек занялся тем, что задумал ещё внизу у подножия. Связал четыре отдельных верёвки в две длинные (страховочную и основную), закрепил их на двух колоннах и выбросил за окно оба свободных конца.
Примерно через минуту одна из верёвок натянулась, словно струна, а ещё через десять в окно, обливаясь потом, ввалился восходитель-первопроходец из местных.