На других уроках магистры тоже меня вызывали, проверяя, успела ли нагнать пропущенный материал. И каждый раз после правильных ответов и высшего балла я мысленно благодарила Сайлаша, решив расцеловать его при встрече. Опрометчивое решение, как поняла, когда увидела его подпирающим стенку в ожидании.
– Нянька уже на страже, – выплюнула Эйвара. И что ей все неймется?
– Оскорбляя других, никогда не обратишь внимание на себя, – высказала, обернувшись к озлобленной девице.
А потом мне стало не до нее – я вошла в конюшню.
Гарт так обрадовался! Бил копытом землю, фыркал, ластился. Я счастливо прильнула к его шее. Как же давно его не видела, соскучилась до умопомрачения. А потом перед глазами вдруг замелькали картинки белоснежной красавицы. Я потрясенно замерла. Получается, он научился передавать мне свои мысли?
– Это что? Как? – выдохнула, глянув на ничуть не удивленного маркиза.
– Это он с тобой так общается, передает образы и эмоции. Гарт делится с тобой своей радостью, – просветил меня Сайлаш.
– Ты знал? Он и тебе их показывал? – Наверное, в моем голосе прозвучала ревность, потому что парень фыркнул, скопировав коня.
– Нет, не он, моя красавица давно так делает, я всего лишь предположил, что шеатеранцы так же могут общаться.
– Эх, жаль, пока нельзя на прогулку, я бы с удовольствием прокатилась. Весна на улице, я все проспала, – вздохнула, проводя по шее Гарта. Он позволял себя гладить, сам ластился, но то и дело косился на свою белоснежную подругу.
– Мы обязательно съездим, как только родится жеребенок, – пообещал Сайлаш.
Он подошел ко мне и обнял за талию, потом развернул к себе лицом и прошептал:
– Я соскучился.
Его губы накрыли мои. Сопротивляться? Да с чего бы! Я и сама этого хотела не меньше, чем маркиз. Как давно мы стояли вот так, вжимаясь друг в друга, терзая губы и полностью растворяясь в ощущениях.
– Ты станешь моей женой? – шепотом спросил маркиз. Потом, видимо, осознав, что этого мало, добавил: – Я не умею признаваться, не умею говорить высокопарных слов.
Это было лучше всяких признаний в любви. Я чувствовала искренность каждого слова. Горло перехватило спазмом. Не думала, что настолько сентиментальна, но даже дышать получалось с трудом. Поэтому кивнула и протянула руки своему жениху.
Минуту мы так и стояли, держась за руки. Но… Видимо, ехидство родилось раньше меня.