Получается, как только я лишусь ее, можно будет не скрываться?
Кхыр! О чем я думаю? Надо срочно направить мысли в другую сторону, иначе… Перед глазами снова встал образ ехидного маркиза, продолжавшего все так же изводить меня и цепляться по любому поводу, вплоть до того, что он мог узреть лишнюю складку на моей форме. А еще угнетал преследующий злой взгляд, от которого было невозможно спрятаться.
За месяц до королевского турнира у нас с Вэйшей состоялся разговор, заставивший по-другому взглянуть на вечно веселую подругу.
– Что произошло? Кто тебя обидел? – спросила, присев рядом с ней.
– Скажи, как ты можешь держать чувства в узде? – последовал вопрос, и я чуть воздухом не подавилась, разглядывая заплаканную девушку.
– В смысле? Ты же знаешь, я все внимание уделяю учебе, ничто другое меня не интересует, – ответила осторожно и напряглась от пристального взгляда.
– Сама-то себе не ври, – горько усмехнулась подруга. – Вся школа уже ставки делает, за какой срок маркиз затащит тебя в постель.
– Ты о чем? – аккуратно поинтересовалась, ощущая, как быстро забилось сердце.
– Ну, ты же дальше собственного носа не видишь…
– Так просвети меня. – Я начала злиться, сжимая кулаки.
– За мной стал ухаживать Тиазат, я была самой счастливой девушкой школы, пока случайно не оказалась – надо сказать, совсем не вовремя – возле лаборатории ведунов.
– Не томи, – почти простонала, чувствуя, что ничего хорошего не услышу.
– Их было четверо: Сайлаш, Алларианш, Тиазат и Нинаташ. Обсуждали студенток. Вот тогда-то я и поняла, насколько аристократы бывают жестоки, – с новой силой разревелась соседка. А потом поведала суть разговора…
* * *– Сайлаш, ты еще не уложил строптивицу в свою постель? Долго ты с ней носишься, три месяца прошло.
– Если там до тебя кто-то не побывал, – неприятно гоготнул Нинаташ.
– Мне некуда торопиться. К тому же она меня забавляет, неординарная личность, а главное, в отличие от других, искренна в своем возмущении, – маркиз говорил спокойно. – Я давно таких не встречал.