Хотя отсутствие телефона в квартире принесло бы ощутимую экономию, ощутимая экономия не по карману профессионалу, если этот профессионал хочет, чтобы его считали успешным.
Мою задумчивость – а я уже стал засыпать – прервала миссис Килнер:
– Так вам действительно ничего не известно?
– Ничего. Во всяком случае, пока. Раз мистер Ренвик попросил вас со мной связаться, нет сомнений, что в нужное время он даст мне знать, и тогда я смогу сообщить что-то и вам. Если он мне поручит это сделать.
Миссис Килнер затушила окурок.
– Вам что, сложно проявить чуть больше человечности? Разве не видно, что я по уши… заинтригована?
Похоже, она произнесла не то слово, которое хотела сказать. Вышла небольшая заминка.
– Ясно, – сказал я. – Все это в высшей степени необычно. Мне, как и вам, небезынтересно выяснить, что же произошло. Обещаю, что, как только что-либо станет известно, я вам сообщу. А теперь, если вы меня извините…
Я поднялся с кресла.
– Тогда это первое, что вы сделаете завтра с утра.
– Как только приду в свой офис, – твердо сказал я.
– Он есть в телефонном справочнике.
– А если мистер Ренвик уехал за город?.. В любом случае я вам позвоню, как только будут новости.
– Звоните в любое время. Телефон у меня рядом с кроватью.
Я наконец-то сбежал. Но мысль о том, что телефон у нее под рукой, навевала уныние. Хорошо бы, она поздно вставала."
"И если уж она была «по уши заинтригована», то я тем более.
Глава 3
Думаю, кое-что надо объяснить. Иногда ты гнешь свою линию, считая, что по-другому и быть не может, а люди робеют и не в силах даже намекнуть, что, может, это и не так. Поэтому все идет как идет – именно так, как этого хочешь ты, словно все совершенно естественно, даже когда ход вещей весьма далек от разумного ожидания.