Три разноцветные пухлые папки – не иголка в стогу сена, не имеют собственной воли к передвижению и окончательно потеряться даже в очень большом шкафу не могут – все это было ясно изначально.
Но куда же, черт побери, они подевались?!
После, во время двух оставшихся уроков я безуспешно пыталась вспомнить, когда видела папки в последний раз. Давно. Не помню. Год, два назад? Еще раньше? Позже? Все бесполезно…
Жалко пропавших материалов было так, что едва ли не слезы к глазам подступали. Как будто бы потеряла кусок себя.
– Анжелика Андреевна, может, у вас голова болит? Могу цитрамону дать…
– Спасибо, Вика, не надо, – удивленно поблагодарила я.
– Ну и ладно, – не дослушав, пробурчала Вика и покинула класс.
Я осталась наедине со своими переживаниями.
Поскольку здравых объяснений произошедшему не находилось, в голову лезла какая-то исключительная чепуха.
Особенно привязчивой оказалась мысль о том, что вот, Вадим почему-то интересовался моим увлечением, и тут же папки исчезли. Опять в голову полез Штирлиц и шифровки от Мюллера. На этот раз было не смешно, а злобно.
На всякий случай опросила уборщицу и Александра Евгеньевича – молодого преподавателя истории, который работал в нашей школе чуть меньше года.
Дома не удержалась и позвонила единственному знакомому мне милиционеру – Ленке. Просто пожаловаться.
Ленка, как я и надеялась, внимательно меня выслушала.