В таком случае, лишние разговоры неуместны, и принцу ничего не оставалось, как произнести лишь:
— Благодарю тебя.
Лан Цяньцю возразил:
— За что его благодарить? Он открыл это место. А значит, с самого начала не имел благих намерений.
— …
— Ваше Высочество, довольно разговоров. Скорее уходим отсюда.
Если они останутся, неизвестно, что еще сболтнёт Лан Цяньцю. К тому же у них есть важное задание, поэтому Се Лянь посчитал, что задерживаться здесь незачем. Непрестанно бросая взгляды на Хуа Чэна, он принялся подталкивать Лан Цяньцю к выходу.
— Постой.
Се Лянь остановился и обернулся. В толпе демонов раздались голоса:
— Градоначальник, нельзя просто так позволить им уйти!
— Этот человек слишком подозрителен и необычайно силён. Боюсь, он не так прост, как кажется. На мой взгляд, следует его задержать и с пристрастием допросить.
— Вот именно! Возможно, выяснится, что он — чей-то лазутчик, которого специально прислали наводить смуту на нашей территории!
Последняя фраза вонзилась в самое сердце.
— Ты не оставишь проигранное?
Се Лянь на мгновение застыл.
— Проигранное?
Лан Цяньцю шагнул перед Се Лянем и настороженно спросил:
— Ты снова решил отказаться от своих слов?
Се Лянь же подумал: «Если Сань Лан что-то пообещал, то непременно исполнит. Возможно, он имеет в виду что-то другое?» Поэтому принц вышел из-за спины Лан Цяньцю и произнёс:
— Но ведь… в этом раунде я победил, разве нет?
Хуа Чэн ответил:
— Только что гэгэ действительно победил, это правда. Однако не стоит забывать, что ранее ты также проиграл один бросок.
Се Лянь, остолбенев на миг, ответил:
— Но ты сказал, не нужно спешить, этот раз не считается.
Заявление о том, что проигрыш не идёт в счёт, а засчитывается только выигрыш, звучало откровенной наглостью, однако Се Лянь всё же решил отбросить всякий стыд. Хуа Чэн ответил:
— Те несколько бросков, сделанные во время игры со мной, конечно, не считаются. Я говорю о первом броске, который ты провёл ещё в зале.