Пока я зависала, пытаясь осознать, что только что познакомилась с представителем очень редкой и опасной профессии, причем опасной как для других, так и для самих демонологов, Сеилисхватила мою руку и бодренько затрясла. На лице ее заиграла улыбка, от слез не осталось и следа. Весело затараторила, не давая и слова вставить."
"- Меня недавно перевели. А так я с окраин. Здесь так здорово! Такая красивая школа. Столько людей.Хорошо, что ты вмешалась, а то я уже не знала что делать. Готова была даже, хоть это запрещено, наслать на них проклятие.
Какое-то время стояла в ступоре, слушая девушку, а потом не выдержала, развернулась и постаралась быстренько сбежать.
- Ты куда? удивленно донеслось из-за спины.
- У меня занятие.
- А ну тогда я зайду за тобой после последнего урока, ты ведь тоже на четвертом курсе? Не волнуйся, я узнаю в расписании, какое у боевиков последнее занятие, сходим в город, погуляем.
Черти! Чует мое сердце, от этого нестандартного демонолога я так просто не отделаюсь. Какие все же некоторые аристократы странные. Стоило отвязаться от Дана, как появилась Сеили.
В конце занятий, на выходе из класса меня действительно поджидала одиноко стоящая прекрасная темноволосая девушка. Парни, вышедшие вместе со мной только что рты не пораскрывали от удивления, только и успевая подтирать текущие слюни. Они застыли в ожидании, желая узнать, какому счастливчику повезло, кого поджидает это чудесное нежное создание, и похоже уже заранее готовились отбивать ждущую девушку у будущего соперника.
Ладно. В конце концов не конец света. Действительно можно и погулять, обломав самоуверенных качков с моего направления. Подошла к Сеили, которая тут же радостно на меня налетела, обняв, словно мы давние лучшие подруги, и снова что-то быстро защебетала.
В этот момент надо было видеть парней. Челюсти их, дружно попадали, глаза размером с блюдце от изумления. Не знаю, что их больше удивило, то ли что девушка встречала отнюдь не парня, как они предположили, или же то, что я позволяю себя кому-то обнимать. Раньше такое мог себе позволить только Дан, и то очень редко пользовался своим правом на публике.