Тем более, что она у меня и так не ягодная.
— Если ты не доволен решением школы, можешь пойти к магистру Янусу и поделиться с ним своими соображениями, — сказал я, стараясь дышать ровнее и глубже. — Если, конечно, тебе острых ощущений не хватает. До меня-то ты чего докопался?
— Я вообще-то тебе вопрос задал, — с затаенной злостью не сказал, а прямо таки выплюнул мне в лицо Берн.
— И в честь этого события я непременно отмечу красным сегодняшний день в своем календаре, — так же злобно ответил я. — Но позже.
Берн презрительно фыркнул.
— Вот дур-рак…
— Дурак-не дурак, а божественный Та’ки почему-то тренирует его, а не тебя, — не без удовольствия подковырнул Берна Эрик, усаживаясь рядом со мной.
Белый расхохотался, поднимаясь с земли."
"— Пьяная зеленая панда? Ты серьезно? Вот уж в самом деле повод для зависти! Магистр Янус подобрал его где-то в дурманной роще из жалости, и теперь этот ваш божественный Та’ки только и делает, что жрет и блюет…
И вот где-то примерно на этих словах мое терпение лопнуло.
Я долго держался, и в принципе готов был еще очень многое пропустить мимо ушей, лишь бы не испортить того, что заполучил с таким трудом.
Но поливать дерьмом Та’ки?!
Меня будто током шибануло. Кровь ударила в виски, в глазах потемнело и я одним рывком вдруг поднялся на ноги и впечатал кулак под челюсть Берну, еще не успевшему до конца выпрямиться.
Тот охнул и отпрянул от меня, подхватив с земли меч.
— Охренел, что ли?! — рявкнул он на меня.
— Не позволю, — низким голосом прохрипел я. — Глумиться над Та’ки — не позволю!..
— Эй, ты че? — с какой-то растерянностью в голосе воскликнул Берн. — Че нарываешься-то? Я же покалечу тебя или случайно спалю к хренам!..
Вот тут он был прав. Конечно, если все разумно взвесить, конфликт стоило бы как-то замять и сдуть…
Но из моей глотки как-то мимо мозгов уже рвался выкрик:
— Так попробуй!!! Посмотрим еще, кто кого покалечит…
Даня, надо бы по тормозам.
Но «дапохер» внутри меня уже слишком высоко поднял голову, чтобы я прислушивался к голосу разума.
— …Говно заносчивое! — с сердцем закончил я свою реплику.
Глава 17. В споре рождается трещина
Мы с Берном стояли друг напротив друга, как пара ощерившихся псов — собранные, готовые в любой момент отпружинить в любую сторону и впиться зубами в глотку противника.
Давай, сволочь.