Короткий громкий вскрик — и бедный парень вместе с этой двинувшейся лавиной сорвался куда-то вниз, а меня самого с головой накрыло земляным потоком.
Берн потащил меня прочь от дыры, и я вынырнул из пылевого потока, кашляя и отплевываясь.
Мы сидели на краю дыры в глубь земли, над которой медленно оседало пыльное серое облако.
А парня, стоявшего здесь только что, больше не было.
Внутри меня все сжалось. К горлу подкатил тугой комок.
Я смотрел на зияющий черный пролом и не верил своим глазам.
Ведь так не бывает, чтобы был человек — и вдруг сразу нет… Или бывает?.
— Подстрахуй, чтоль? — буркнул Берн, подбираясь еще ближе к краю. — Эй, Графыч! Графы-ыч!
Я озадаченно уставился на Берна.
— Думаешь, он живой?
— Ну знаешь, если он с таким источником умудрился помереть от простого падения, как последний дурак, то я о нем даже жалеть не стану, — фыркнул Берн, склоняясь над проломом.
Я даже глаза закрыл, готовясь услышать вердикт.
В моем немагическом сознании падение в пропасть мало совмещалось с жизнью.
— Ох ты ж ни хрена себе!.. — присвистнул вдруг Берн. — Ты только посмотри, что там!
Я подполз следом за ним к краю и заглянул в черную бездну…
Которая оказалась вовсе не такой уж черной.
В глубине пролома виднелось какое-то помещение. На земляном полу, засыпанном серой пылью, желтым светом горели пузатые масляные фонари, освещая силуэт Эрика, пытавшегося подняться, и загадочно поблескивающие медными углами потемневшие сундуки.
— Эй, ты живой там? — крикнул я, не веря своим глазам.
— Живой! — донесся из глубины искаженный эхом голос. — Кажется…
Он, наконец, смог оторвать пятую точку с кучи земли, поднял голову вверх и махнул нам рукой.
— Вы-то там как? Ничего? — крикнул он нам.
— Ты чего натворил-то такое? — спросил я, чувствуя, что улыбаюсь от уха до уха. — Устроил, блин, из площадки черную дыру…
— А дыра-то занятная, — проговорил Берн, стараясь заглянуть как можно глубже в пролом. — Слышь, Графыч, а что там за сундуки такие? Можешь открыть?
Эрик, потирая одновременно ушибленный зад и голову, проковылял к одному из сундуков и осмотрел его.
— Нет, он заперт на два замка!
Берн тихо выругался и крикнул ему:
— Так отопри! Или землю проломить мощи хватило, а пару замков — кишка тонка?
Эрик ответил ему из пролома гулким, раскатистым голосом:
— По-твоему, я похож на мерзавцев, берущих чужое?
— Да я же не предлагаю тебе красть! — возмутился Берн. — По крайней мере, пока что… — пробормотал он себе под нос.