Молодой лютнист старательно выводил сложную мелодию, под которую меланхолично пела балладу маленькая миловидная женщина с бледным худым лицом. Ее голос был слабым, но мягким и приятного тембра. В песне рассказывалось о воине, который мечтал перестать воевать, но куда бы он ни пошел, всюду ему приходилось снова и снова обнажать свой меч со словами: «Эх, я мертвых видел, больше чем живых. Что ж, булатный братец, помолись за них». Баллада была грустная, разговоры вокруг — ярмарочно-веселыми, и все это каким-то образом уживалось под одной крышей.
Ян тем временем без умолку болтал о чем-то со своим фингалистым подчиненным: о поставках алкоголя, о каком-то парне по прозвищу Бобер и что Флора жутко раскоровела.
А я наедался вволю и думал, что не так уж все и плохо, в конце концов.
Во-первых, раз уж таинственное зелье каким-то образом смогло зародить во мне толику магии, значит, пятое правило Яна действительно работает. И нет такого дерьма, из которого нельзя было бы выбраться. А значит, у меня все-таки есть надежда подняться из нынешнего плачевного состояния и в конце концов обрести полноценную силу.
Во-вторых, мои перспективы в Ямах, мягко говоря, радужными не были. А вот школа боевого мастерства — это уже совсем другое дело!
— Сколько можно жрать, Даня! — расхохотался тут Ян, выдергивая меня из своих размышлений тяжелым хлопком по плечу, от которого я едва не облился элем. — А то станешь как Фло…
Договорить он не успел."
"Двери заведения внезапно распахнулись, и внутрь потянулись клубы золотистого сияния с кружащими в нем розовыми лепестками.
— Как флот королевский, — рассеянно закончил фразу Ян, уставившись на распахнутую дверь.
Все посетители мгновенно перестали жевать. Музыка смолкла. Люди спешно начали вставать из-за столов, склоняя головы в поклоне. Со всех сторон послышался восторженный шепот: «Богиня Флора!», «Великая госпожа!»
Я не очень-то сталкивался с местными богами и не был знаком с правилами и нормами поведения по отношению к ним. Конечно, мне довелось достаточно плотно пообщаться с Арахной, но я уже начал понимать, что древняя паучиха считалась слегка маргинальной личностью среди местного пантеона.
Поэтому я мгновенно решил положиться на общую тенденцию и вслед за всеми тоже поднялся из-за стола, пытаясь по-быстрому проглотить то, что было во рту. Как-никак, богиня идет, а я тут как хомяк с набитыми закромами.
Одновременно со мной встал и светоносный собеседник Яна с фонарем под глазом.
Но сам Ян даже с места не двинулся.