— Нет, конечно…
— Тогда заранее расчертить места для постановки телег, чтобы они ровненько стояли возле стены и никому не мешались. Тогда и их хозяева во время осады не будут шастать по всему двору.
Дуня чуть не выдала немецкое «Ordnung muss sein» («Порядок должен быть!!!) Но почувствовала, что это будет перебор. Всегда и везде её саму призывают к порядку в быту и в мыслях, а тут она чуть сама не произнесла эту ужасную фразу-дубинку.
— Хорошо, — задумчиво посмотрев на неё, произнесла игуменья. — Я жду наброски росписи трапезной и того, что ты называешь «созданием красоты» во дворе.
Дуня не сразу отреагировала. Ей что, дали разрешение созидать? Вот так просто?"
"Она недоверчиво посмотрела на строгую настоятельницу, потом на матушку Аграфену. Обе смотрели на неё одинаковым взглядом, в котором прятались пережитые беды и потери, хоронились несбывшиеся мечты и планы, но вперед выступала решимость не дать погаснуть детскому рвению изменить мир к лучшему. Дуню от макушки до пяток осенило осознание этого.
— Я всё сделаю, — взволнованно пообещала она.
— Надеюсь, — строго ответила Анастасия, а потом мягко добавила: — Есть в тебе что-то… хорошее и светлое.
Аграфена подошла, погладила Дуню по плечу, выражая своё одобрение словам сестры.
— И замыслы твои не что иное, как стремление поделиться своим отношением к миру.
Дуня не знала, что ответить на это.
Настоятельница подошла к окошку, постояла там… смотреть сквозь него было невозможно… слюда всего лишь пропускала свет.
— Ты видишь красоту там, где другие проходят мимо, — повернувшись к Дуне, вновь заговорила она. — Я буду рада, если у тебя получится, и разочарована, если твои слова и чаяния окажутся пустышками.
— Я… сама в себе разочаруюсь. Только у меня мало опыта по воплощению мыслей в жизнь, — отчаянно краснея, призналась Дуня.
— Всё придёт со временем, — улыбнулась игуменья и подёргала за веревочку. Тут же в покои заглянула девушка и Анастасия велела ей проводить Дуню в келью.
Оставшись наедине с сестрой, она долго молчала, прежде чем спросить:
— Что скажешь?
— Милослава не скупилась на наставников. Речь у внучки грамотная и чувство красоты есть.
— Милослава всегда была разумницей, но никогда не прыгала выше своей головы. А Евдокия другого поля ягодка. Не знаю, что вырастет из неё, но сейчас она несёт в своей душе божью искру.
— Вот оно как…
— Подобное нередко встречается среди детей, — губы Анастасии горько искривились.