Боярышня Дуняша

 — Мы сами были такими…

Аграфена подошла к сестре и ободряюще сжала её ладонь.

— …но мало кому удаётся сохранить свет души, взрослея, — закончила Анастасия. —

Слишком много бед и невзгод вокруг.

— Но мы же защитим свою кровиночку?

— Пока она здесь, мы будем оберегать её, как и любое другое дитя, а дальше…

— Пути Бога неисповедимы.

— Да.

ГЛАВА 10

Дуняша за пару недель проживания в монастыре многое успела сделать. Глафира-трудница, к которой её поселили, взяла на себя хлопоты по стирке и уборке кельи.

Хотя казалось бы, что там прибирать, если кроме топчана и небольшого сундука ничего не стояло? Но постеленный на топчан травяной матрас требовал ухода, как и любая перина. Глафира, возвращаясь после утренней молитвы, каждое утро ворошила подушки, набитые пухом рогоза, разбивала комки и выставляя их на нагревающийся солнцем подоконник. Потом девушка слегка потряхивала матрас, проверяя не слежался ли он и не начала ли сыпаться травяная пыль.

Дуня знала, что для таких постелей используют осоку или солому и лишь малую часть пахучих трав, но никогда не видела, как ухаживают за ними.

Ей казалось, что это недолговечная вещь, но Глафира сказала, что если сделать два матрасика из разных видов осоки, да ещё до её цветения и при сушке не полениться, поворошить, то такая постель прослужит целый год.

Каждый день Глафира мела или протирала влажной ветошью пол, а вечером приносила таз с водой и помогала обмыться Дуне перед сном.

Утром боярышня бегала во двор и самостоятельно дрызгалась у колодца. Вот такой нехитрый, но требующий определенных Глафириных трудозатрат сложился у Дуни быт.

Зато кормили тут всех организованно и это высвобождало много времени всем женщинам.

Дуне всё очень нравилось, и она с воодушевлением взялась за работу, расписывая трапезную или крутясь во дворе, вкладывая свою долю стараний в его благоустройство.

Игуменья одобрила эскиз цветочного орнамента в трапезной, лишь попросив добавить птичек, чтобы разбить схематичность общего рисунка.

Ещё настоятельница засомневалась было, увидев, что Дуня хочет использовать ограниченное количество цветов, но согласилась, что так глазу спокойней, да и дешевле.

Она же подтвердила девочке, что эта трапезная предназначена исключительно для паломников и находящихся в нужде людей. Монахини же принимали пищу в закрытой для других трапезной, и Дуне туда не было хода.