Отверстие в переборке было узковато для его массивного тела, и Вальдес часто удивлялся, как дроми, парни крупные, пролезали в такую щель. Все на этом корабле было не по-людски, не приспособлено для людей: редкие сетки в кубрике вместо нормальных коек, проемы люков неудобной формы, кондиционер, гнавший воздух с мерзким запахом, кухонный автомат, что выдавал временами странную смесь гнилых овощей с вонючим растительным белком. Но хуже всего был гальюн. Видимо, акт дефекации у дроми сильно отличался от человеческого, и оставалось лишь гадать, как они ухитрялись не провалиться в дыру метрового диаметра.
Корабль прыгнул в Лимб, протащив торговый транспорт через изнанку Вселенной, и вынырнул в двух мегаметрах от Седьмой фактории. Эту огромную конструкцию из сфер, цилиндров и колец вывели на орбиту у алого светила на границе сектора; дальше на двести тридцать светолет тянулась безжизненная туманность, остатки погибшей некогда сверхновой. За этим облаком, в направлении северного галактического полюса, лежало пространство кни'лина, а к югу — территория шада.
Лоона эо торговали с половиной Галактики. Конечно, не сами, а через сервов, настолько разумных, что отличить их от живого существа было делом непростым, а иногда и невозможным. На экспорт большей частью шли миниатюрные чипы и комплексы на их основе: разнообразные приборы жизнеобеспечения, кибернетические органы-трансплантаты, устройства для записи информации и визуализации изображений, агрегаты для переработки мусора, очистки атмосферы, океанов и космических трасс.
Кроме уникальной электроники вывозились и другие вещи, удивительные, поражавшие воображение многих галактических рас. Были среди них гипноглифы и зеркала-оборотни, оживающие статуэтки и линзы, заменявшие глаза незрячим, были экраны, поглощавшие шум, лечебные ткани и одежды, что подходили любому существу, подстраиваясь под его телесный облик, были медицинские препараты, пряности и другие пищевые добавки.