Больше, чем страсть

Во все свои деловые поездки, командировки и отпуска он ездил только со мной – школа, не школа, главное, чтобы мы не расставались. Вот так. А ему сорок четыре только исполнилось, когда он меня забрал, и я ведь только десять лет назад, когда он Риву встретил, осознала, что из-за меня дед отказался от личной жизни, будучи совсем молодым мужчиной.

– Не отказался бы, может, и Риву свою не встретил, – философски заметил Казарин. – А что родители твои?

– Они больше не приезжали ни разу. Развелись там в Америке через год, создали другие семьи с американцами, завели других детей.

Поначалу еще как-то поддерживали связь, звонили, писали, а лет через пять и это перестали делать. Мне было лет пятнадцать, когда неожиданно позвонила мама. Я сначала не поняла, что за тетка плачет в трубку и прощения просит, а когда дошло, меня аж колотить начало от страха, я вдруг подумала, что она меня у деда забрать собирается. Но она хотела совсем другого, попросила папу помочь, денег дать, у нее там что-то случилось, какой-то развод, неприятности. Дед отправил ей приличную сумму. После этого ни она, ни отец больше не звонили ни разу.

– А у тебя развился комплекс брошенной девочки и обида на родителей, – подсказал ей Казарин.

– Ничего подобного, – активно опровергла Надежда. – Мне было, считай, четыре, когда они первый раз уехали, я ничего особо и не помню. Ну а потом мне так хорошо и интересно жилось с дедом, он всегда находился рядом. Всегда, в любой момент. Он очень меня любит, к тому же у него обалденное чувство юмора, и нам всю жизнь было весело.

Наверное, как тебе с Ритой твоей. Говорю же, в чем-то похожие истории. Домработниц и нянек дед нанимал, и я под женским присмотром находилась, не болталась никогда без внимания. Сейчас, когда я сама мама, я думаю, что мне ужасно повезло, что родители свалили в Америку. Вот за это я им точно благодарна. Потому что не протащили меня через свой эгоизм, ограниченность ума и души. Через ругань, разборки и обязательный развод со всеми грязными подробностями. Иногда жизнь странные кульбиты вытворяет. – Надя вздохнула, словно сбросив паутину воспоминаний, и переключилась на Даниила: – Ну а ты с родителями до сих пор не общаешься?

– Многое изменилось, – пришла его очередь задуматься о чем-то непростом. – Мы смогли поговорить и выяснить наше непонимание. Теперь пытаемся восстановить отношения, стараемся, но былой близости пока не получается.